2
0Благодаря этому расхождение осей уже немного уменьшилось, удачное решение.
Энергии в ядре под завязку, работаем, ребята. Собрал в ладонь мощный поток магической энергии и направил в сторону тела десятого грудного позвонка, заставляя его ещё немного приподняться, пока ось позвоночника не стала единой. Теперь самое сложное, удерживая позвонки в нужном положении, собрать отломки тела девятого позвонка в кучу, чтобы это снова стало похоже на позвонок, а затем приступить к заживлению.
Я постарался относительно надёжно прихватить отломки, чтобы они никуда не делись пока я буду приходить в себя и прекратил воздействие, энергии в ядре осталось критически мало.
— Ну Са-ша! — воскликнула Катя.
Я закрыл глаза и замер, а потом почувствовал, как меня подхватили под руки и повели в сторону зоны отдыха. Я, спотыкаясь, еле волочил ватные ноги, стараясь не осесть на кафель, как сульфат кальция в пробирке на уроке химии. Меня развернули и помогли усесться в кресло. Точнее придержали, чтобы я туда просто не рухнул. Я шёл с закрытыми глазами и не стал их открывать, входя в глубокую восстановительную медитацию.
Когда открыл глаза, передо мной стояли две дамы в белых халатах и, скрестив руки на груди, с укором смотрели мне в глаза.
— И как это называется, братишка? — спросила Катя так, словно это она старшая сестра, а я непослушный младший брат. — Ведь только что об этом говорили.
— Ну мне же нужно было удержать и прихватить позвонок, пока он не уехал обратно, — ответил я и улыбнулся.
Они стояли передо мной такие серьёзные, брови сдвинуты, ноздри раздуты, глаза метают молнии. Ну невозможно не улыбнуться от умиления.
— Ты же валик подложил под поясничный отдел, никуда бы твой позвонок не делся.
— Ты могла бы дать стопроцентную гарантию? — спросил я. Катя ещё сильнее насупилась, но промолчала. — Вот то-то же, и я не был уверен. А я пациентке пообещал, что она будет нормально ходить. Если бы позвонок повторно сместился, велика вероятность повреждения спинного мозга. Поэтому я и решил выложиться на полную катушку.
— Я тебе крепкий чай заварила для разнообразия, — сказала Катя, кивнув в сторону столика, где возле чашки с чаем красовались пара сложных бутербродов с сыром, ветчиной и листьями салата, сверху лежали дольки помидора. — И это съешь, а то всё эклеры одни, я ещё удивляюсь, как ты в гиппопотама не превратился.
— Если я перестану лечить и буду только учить, будет тебе гиппопотам, — хмыкнул я, потянувшись за бутербродом.
