4
0
Ибо он за себя не отвечал.
Глава 14
– Демон… Демон… нет… нет!!!
– Кира, мать твою ж, проснись!
– Демоооон…
– Кира!!!
Её ощутимо тряхнули за плечи, выдергивая из пучины сна.
Кира, распахнув глаза, пребывая в полной дезориентации, с непониманием уставилась на Сакронского, который сидел на краю её кровати, взлохмаченный. В темных глазах молодого мужчины плескались тревога и недоумение.
– Кира… проснулась? Всё?
Кира, тяжело дыша, нахмурилась и сглотнула вставший в горле ком.
– Я… – начала говорить она, но понимая, что не знает, как продолжить, замолчала и огляделась.
Чужая роскошная спальня. Так, она в загородном родовом поместье Эльдара Белозерского. А что делает в её спальне Демид? Да ещё в одних боксерах.
– Что случилось? – её голос прозвучал слабо и тихо.
– Ты кричала во сне, – обеспокоенно ответил Сакронский и неожиданно зло добавил: – И звала какого-то Демона.
– Это ты, – Кира провела рукой по лицу, прогоняя остатки сна.
– Я?
– Да. Твой образ… Я тебя окрестила Демоном, потому что ты преследовал меня. Ты же зовешь меня Аристократочкой, почему я не могла тебе дать имя?
– Логично. Демон-Демид. Забавно.
Кира внутренне вздрогнула.
– Я, когда услышала, что тебя зовут Демид, так же подумала.
За окнами ночь, в комнате полумрак, из-за луны и ушедших, наконец, туч, а так же из-за достаточного уличного освещения они могли видеть друг друга.
– У тебя лямка съехала.
Сначала Кира даже не поняла, о чем он.
Ложась спать, она смутно помнила, как выбирала ночное белье. Остановилась на комбинации из шелковой майки и таких же шортиках. Что первое попалось, то и взяла.
Кира опустила голову, чтобы посмотреть, что не так с её одеждой."
"Замерла, а по телу сразу же прокатилась горячая волна.
Ляпка шелковой маечки, отороченной кружевом, съехала, полностью обнажив грудь. На которую сейчас и смотрел Демид. Смотрел жадно, неотрывно, словно никогда не видел девичью грудь. Тело Киры отозвалось мгновенно. Да и как остаться равнодушной, когда практически голый красивый, сильный мужчина сидит на твоей кровати и смотрит на тебя темными глазами, на дне которых клубится первозданная похоть?
На Киру никогда никто так не смотрел.
Обжигающе.
У неё засосало под ложечкой. Она должна сейчас же поправить лямку, разорвать порочный круг его жадного взгляда.
Но почему-то медлила.
Была не в состоянии поднять руку и прикрыть грудь. Наоборот, её дыхание стало тяжелым.
Как и у Демида. Он сидел в опасной близости от неё, она ощущала терпкий запах его тела, смешанным с алкоголем и дорогим парфюмом, с нотками геля для душа. Она видела, как трепещут его ресницы, как раздуваются ноздри. Как ходят желваки на скулах. Она заметила, как напряглись мышцы на плечах и спине.
