6
0– Он замолчал и как-то ссутулился, видно было, что это усталый сорокапятилетний человек, на которого в последнее время обрушилось так много проблем и смертельных бед. Я был очень удивлен. Даже ошарашен услышанным. Он посмотрел на меня и усмехнулся.
– Что, удивлены? – видно, понял все по моему лицу король. – У нас это очень почетно, даже для королевской дочери. Кто же знал, что так все получится. Ладно, граф, идите отдохните, скоро нам в дорогу.
– Ваше величество, разрешите сказать.
Король недовольно посмотрел на меня.
– Говори, – буркнул он.
– Мне кажется, что надо бы сегодня ночью напасть небольшим отрядом на неприятеля.
– Это то, что вы делали, когда прорывались в столицу?
– Да, ваше величество.
– Как думаешь, капитан Черет справится?
– Наилучшим образом.
– Ну, тогда и передай барону мой приказ отобрать сотню и трепать неприятеля, пока я не отзову его.
Выйдя из шатра, я увидел, что факелы еще не зажгли, но вечер уже вступал в свои права. Где расположение Черета, я знал, поэтому сразу же направился туда, вещей у меня с собой было всего ничего, палатку да печь сдам в обоз, и, в принципе, все.
– Сеньор барон, разрешите войти, – проговорил я, подойдя к его палатке.
Откинулся полог, и выглянул сержант, а потом и сам Черет."
"– О, кто к нам зашел, рады вас видеть, сеньор барон, – обрадованно заорал Черет, – проходите, проходите. Григ, а ну тащи сюда кувшин, ты видишь, гость у нас какой.
– Да не стоит, барон, скоро выдвигаться в дорогу.
– Ну да кубок, думаю, не помешает, да и на коне ведь поедешь, так что никаких возражений. Мы ведь тебе все обязаны, – разливая вино, говорил Иртон. Парни даже поклонились дарами в храме Антору, чтобы даровал тебе удачу и здоровье. Мне вот барона дали и лен, а парням всем, кто служить будет, баронета, а кто после войны уйдет в запас, сквайера. Ну, барон, – поднял он кубок, – за тебя.
– Граф, – сказал я.
– Что – граф? – не понял Черет.
– Я граф уже, – пояснил.
– Так тем более выпить надо, поздравляю вас, граф, – снова заорал он. Выпили, закусили.
– Я только что от короля, – не стал откладывать я разговор в долгий ящик, – тебе приказ, берешь свою сотню и сегодня ночью делаешь то, что мы с тобой делали по дороге в столицу. Тревожишь лагерь тонгирцев, и так все время, пока тебя не отзовут. Только прошу, не геройствуй, ударил – отошел, ударил – отошел… Днем разоряешь фуражиров и так далее. Сам понимаешь, в лес они не заходят, так что воспользуйся этим.
