1
0Я смущенно опускаю лицо в пол, когда на меня так смотрят - пронзительно и жадно. Собственнически очерчивают взглядом линию губ, опускаются ниже к ложбинке на груди, так, что я ощущаю на коже жар.
Все что происходит у нас с Захаром похоже на совместный просмотр эротики с самым крутым мальчиком из класса. Горло сводит от восторга и ужаса, щеки постоянно наливаются красным от стыда, низ живота болезненно тянет от возбуждения и хочется плакать от понимания, что на этом все - после фильма только у актеров “долго и счастливо”. А зрители расходятся по домам.
- Слушай, давай просто к реке пойдем, устроим пикник.
- Пикник? Для тебя? Лиля, это все равно, что королеву вести на конюшню.
- Захар, очнись, я не королева, а здесь не конюшня, а очень милая лужайка. Ну же, давай. У меня никогда в жизни не было пикников.
И хоть это правда, я ощущаю себя лгуньей. Потому что основная причина в другом - я не хочу, чтобы кто-либо видел меня и Захара вместе. По городу и так ходят слухи о том, что мы живем в одном доме. Но мой статус учителя (для маленьких городов учителя, почтальоны и владельцы магазинов что-то вроде знаменитостей) не дает всем распустить язык. А я просто не буду подкидывать почву для дальнейших сплетен."
"Мне страшно. Все так тонко, так прозрачно, как кружево, готовое порваться от любого неосторожного движения. Никогда раньше мне не было так хорошо и так страшно.
Хотя нет. Страшно было, но я поклялась больше не вспоминать об этом.
- Лиль, я зайду за тобой после работы, - напирает Захар. Он действует с неумолимостью танка, прущего на скошенный сарай.
- Господи, зачем? Давай уже заберешься на вышку на Бульваре и проорешь в рупор, что у нас отношения.
- Давай, - безбашенно кивает Горин, но в глазах его нет веселья. Смотрит также как раньше - пронзительно и остро. Кажется, ему не нравится, как развивается этот разговор, и в этом мы солидарны. - Лиля, ты стесняешься меня?
- Нет!
Я не успеваю ничего сказать, как меня целуют в нос и, повернув к двери, подталкивают на выход:
- Вот и отлично, заберу тебя в четыре! Буду в смокинге и с цветами.
Обернувшись, затравленно смотрю назад. Не понимаю, он серьезно или просто прощупывает, что я думаю о нас с ним.
- Пожалуйста, давай без этого.
- Прийти без костюма? А ты горячая штучка.
И прежде чем мое лицо снова станет пунцовым, Захар подтягивает меня к себе и, прижавшись сильным телом, нежно шепчет:
- Мой нежный, мой сладкий, одуряющий цветок, просто доверься, я не обижу тебя и не сделаю ничего, что уронит твой авторитет перед этими школьными грымзами. Ты же их боишься?
Их. И себя. И с недавнего времени призраков. Я очень много чего боюсь, а больше всего меня пугает, что Горин узнает о всех этих страхах и просто уйдет. Растает как утренний туман.
Весь день как на иголках.
