Порочное зачатие (СИ)

– За эту неделю он четыре раза в офис приходил!

- Правда? – поднимаю на неё глаза с надеждой. – И кто он?

- Демид сказал, что это его турагент, - пожимает плечами Лера. – Но как по мне, на турагента он был совсем не похож… Высокий такой, плечистый… раньше я его тут не видела.

- Ясно…

Качаю головой. Сердце сдавливает от разочарования. Демид уехал куда-то. Но мне даже не потрудился сообщить об этом… Конечно, кто я такая, чтобы ставить меня в известность!

Слёзы скапливаются в глазах и струятся по щекам.

- Ладно, спасибо за честность… - бросаю, вскакивая на ноги.

- Может, чаю? – кричит мне Лера в спину. Но я, уже близкая к тому, чтобы начать реветь в голос просто мотаю головой, и, не оборачиваясь, выбегаю из офиса.

Пакет с едой и кольцами так и остался на полу в офисе Демида. Видимо, теперь он мне точно не пригодится.

Не помню, как оказываюсь на улице. Бегу два квартала, прежде чем в боку начинает колоть от усталости. Слёзы затмевают взгляд, и я останавливаюсь, опираясь рукой о столб.

Дрожащей рукой достаю телефон.

Мне нужно поговорить с ним… нужно всё выяснить!

Набираю номер Демида, но в ответ, вместо ожидаемых гудков, слышится ужасное: «абонент недоступен».

Боже… неужели, это конец?!

Глава 92

Алиса"

"Домой меня отвозит такси. Всю дорогу я постоянно набираю Демиду, но результат моих бесплодных попыток всё тот же – абонент недоступен.

Внутри всё сжимается. Теперь уже не только от обиды и горечи, но и от страха. Отчего-то вспоминается, как пропали родители. Помню, как переписывалась с мамой накануне их исчезновения.

Родители хотели делать какой-то репортаж про Сомали, но потом… Они просто перестали выходить на связь. Ужасное дежавю так и не покидает меня. Пытаюсь успокоить себя тем, что Демид не в Африке, и ему ничего не угрожает, но сердце всё равно не на месте. Даже если Демид разлюбил меня, даже если он нашёл себе другую, или вернулся к Марине… Он отец моего ребёнка. И мне отчаянно важно знать, что с ним всё в порядке!

Прикрываю глаза, опираясь лбом о запотевшее стекло пассажирского сидения.

За окном моросит противный дождь. Я чувствую себя бессильной и совершенно отчаявшейся. Неужели, я в жизни Демида значу также мало, как эти капли дождя, что попадают на стекло и тут же стекают вниз, оставляя после себя недолгий мокрый след?

Понимаю, что это всё глупости. Не мог же он так просто забыть обо мне? Или мог? Я, ведь, по сути, его толком не знаю. Слепо верю в тот образ, что сложился у меня в голове.