Без романтики… Хотя, сегодня, наверное, было исключение. Сегодня мы будто были почти нормальной парой. Сюрприз. Ресторан. Разговор по душам… Но это продлилось недолго. Он дал понять, какое место я занимаю в его жизни, и от этого мне ужасно горько.
Помню, как четыре дня назад, в отеле, он никак не мог понять, почему мне так больно от правды. Конечно, для Демида всё просто. И секс без любви для него тоже в порядке вещей. Но я… У меня всё иначе. Если бы он обманул меня, назвав своей девушкой, я бы поверила и смогла сохранить хотя бы частицу самоуважения. Но он не обманул.
Демид пересаживается на водительское место и заводит тачку. Я остаюсь сзади и прошу включить климат контроль. Как же мне холодно… Прячу ледышки рук под пуховик и откидываюсь на кожаное сидение. Накатывает усталость.
Мы доезжаем до моего дома за полчаса. Оба молчим. Оба обдумываем произошедшее.
Демид тормозит возле подъезда и отстёгивает ремень безопасности, желая выйти, но я тут же спрашиваю:
- Ты куда?
- К тебе.
- Зачем?
- А что, нельзя?
Он хмуро смотрит на меня в зеркало заднего вида.
- Нельзя, - отрезаю. Мне очень хочется, чтобы он поднялся. Хочется, чтобы остался на ночь. Хочется, чтобы был рядом и обнимал меня, когда проснусь, но… нельзя. Нельзя привыкать. Нельзя давать волю чувствам. Он, ведь, не это предлагал?
- Это ещё почему? – оборачивается в пол-оборота.
- Не хочу, чтобы Машуля к тебе привыкала, - отвечаю, поджимая губы.
Его брови ползут вверх.
- Почему ты думаешь, что я свалю?
Я горько усмехаюсь, качая головой. Да, Ларин, ты, похоже, совсем не задумываешься о будущем.
- Потому что с любовницами долго не задерживаются, - отвечаю, отводя взгляд в окно. – Их трахают, а потом меняют. Разве не так?
Он молчит какое-то время, озадаченно глядя на меня.
- Ты бросишь меня первой, - отвечает уверенно, сцепляя зубы.
Я лишь прикрываю глаза. Опять эти его комплексы.
- Мы можем потом остаться друзьями, - предлагает.
Господи, опять он про деньги! Аж бесит уже! Как бы мне хотелось выиграть в лотерею, чтобы вернуть ему свой долг! Если проработаю в этой компании хотя бы год, смогу взять кредит, и тогда верну эти чёртовы деньги, которыми в жизни Ларина, кажется, измеряется, всё!
- Нет, не можем, - отвечаю сдержанно.
- Почему?
Нет на свете мучительней пытки чем попытка с любимым дружить. *
- Потому что, Ларин, не хочу я с тобой дружить! Ты старый, скучный.









