2
0
— Превосходно, — улыбнулась холодно, — в таком случае, не теряйте ни секунды. Подготовьте помещения и всё необходимое для переезда сирот в ваш храм. До конца недели дети должны обрести новый дом.
— До конца недели? — ахнул мужчина, сильнее обхватывая грузный живот.
— Разумеется. А вы что думали? Мы с детьми не можем ждать долго. Кстати, — снова вернулась к кормлению рыб. — Я намерена наблюдать за жизнью ваших подопечных, общаться с ними, одним словом, принимать в их судьбе самое прямое участие. Я посещу ваш храм в конце недели, чтобы убедиться в том, что он готов принять сирот. И я останусь всем довольна, ведь так, господин жрец?
— Разумеется, Ваша Светлость, — хрипло выдавил из себя мужчина.
— Приятно было поболтать с вами, более вас не задерживаю.
Краем глаза видела, как жрец поклонился и зашуршал гравием, быстро шагая прочь в сторону выхода.
— Вы отлично справились, Мэрион.
Лекарь вышел из-за дерева и замер рядом, следя за карпами.
— Думаете? — улыбнулась грустно.
— Я в этом совершенно убеждён. У вас великое будущее.
— Боюсь, вы ошибаетесь, — покачала головой, — я всего лишь женщина и не мечтаю о великом будущем, в отличие от своего мужа.
— Не мечтаете, но заслуживаете его больше, чем он. А Светлый Бог всем воздаёт по заслугам.
— Что? О чём вы? — прошептала испуганно, чувствуя, как по спине ползёт холодок страха.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, затем Бивер вздохнул и ответил туманно:
— Жизнь непредсказуема, будущее может быть неожиданным.
«Ну, конечно, — подумала мрачно, — рассказывай мне. Я-то своё будущее знаю, эх. Не слишком-то оно радужное».
Разговор принимал неприятное направление, я оглянулась и сделала знак фрейлинам, чтобы те приблизились. Лекарь почтительно поклонился:
— Прошу меня извинить, Ваша Светлость, дела не ждут.
— Конечно, Бивер, до свидания.
Вздохнула с облегчением, когда он ушёл. Ужинали в главном зале в узком кругу: я, Илона, Дарина, несколько жён рыцарей, оставшихся в замке и лекарь Даркнайта, которого я пригласила разбавить наше женское общество.
Девушки обсуждали фасоны платьев и ткани, которые на днях доставили в местную лавку. Бивер тихо объяснял Илоне состав чудодейственной маски для рук. Я нахмурилась и провела подушечкой пальца по блюдцу. Чувство смутной тревоги не только не уменьшалось, оно усиливалось. Выпивала одну чашку чая за другой, но есть не могла. Чёрт. Что со мной?
Грохот входной двери и лязгающий звук. К нам через весь зал, гремя окровавленными шпорами, спешит молодой парнишка в доспехах. Все разговоры за столом мигом смолкают.
Парнишка протягивает лекарю мятый и мокрый клочок пергамента. Я чувствую, как холодеют ладони, как удлиняются выдох и вдох.
