2
0Больница, о которой говорил Бивер, находилась много дальше, в предгорьях холмов. Как зелено и живописно вокруг! Большой одноэтажный дом из серого камня с палисадником окружён двумя десятками домиков поменьше.
Нам навстречу вышла сухощавая женщина в чистом переднике и чепце. Бивер сказал, обращаясь ко мне:
— Ваша Светлость, это Кордия, деревенская медсестра.
Женщина почтительно поклонилась. Я сказала:
— Приятно познакомиться, Кордия, покажете нам больницу?
Женщина кивнула и вошла внутрь. Мы все последовали за ней. Зажмурилась, чтобы глаза привыкли к затемнённому коридору после яркого дневного света.
— Здесь у нас приёмный покой, рукомойник, лекарства и настойки, — Кордия показывала рукой по сторонам на большой деревянный стол, скамьи, шкаф, заполненный бутыльками и склянками. — Там кровати для тяжёлых.
— Тот пациент, о котором вы писали мне, он ещё здесь? — тихо спросил Бивер.
Кордия с опаской посмотрела на меня и вздохнула:
— Здесь. Светлый Бог всё никак не заберёт его.
— Мы с Её Светлостью хотим взглянуть на него. Все остальные, — он строго посмотрел на фрейлин и служанку, — могут подождать здесь.
Илона и Дарина недовольно переглянулись, но спорить не стали. Кордия пробормотала с сомнением:
— Если вы уверены, господин Бивер, что Её Светлости стоит…
Вместо ответа лекарь мягко отодвинул её в сторону и прошёл дальше по коридору. Я последовала за ним.
В следующей комнате вдоль стен стояли два ряда кроватей, по шесть с каждой стороны. Две из них оказались заняты. На первой лежал мальчик лет тринадцати. Он испуганно натянул простыню до самых глаз. Лекарь улыбнулся:
— Здравствуй, силач! Как ты?
— Нормально, — протянул тонкий детский голосок.
— Перелом лодыжки, господин Бивер, — уточнила Кордия, — Томас здесь уже второй день. Я делаю ему компрессы и даю настойку для сращивания костей.
— Из рогового порошка? — уточнил Бивер.
— Её самую, — кивнула женщина. — Через пару дней отправлю парня домой, на постельный режим. А к концу недели, глядишь, будет прыгать, как новенький.
— Или раньше, — пряча улыбку, пробормотал себе под нос лекарь.
— Ох, господин Бивер, вы согласитесь помочь? Родители мальчонки будут вам признательны, так признательны!
— Поглядим, что можно сделать, — ответил лекарь, закатывая рукава своей тёмной мантии. — Ты позволишь?
Он приподнял край простыни в изножье кровати мальчика. Я увидела туго забинтованную лодыжку. Мальчик весь сжался. Бивер коснулся его ноги чуть ниже колена и сказал:
— Мы только посмотрим, больно не будет, обещаю!
Действуя осторожно, лекарь снял повязку, провёл рукой над распухшей лодыжкой, словно прислушиваясь к себе, затем посмотрел на меня и сказал:
— Да, обычный перелом, Ваша Светлость.
