13
0
Чуть отстранившись, Танарэс заглядывает мне в глаза:
– А вы можете?
– Только что была близка к этому как никогда, – показательно похлопываю по груди с чуть более глубоким, чем на предыдущем платье, декольте с кружевами.
Танарэс отстраняется ещё немного и оценивает вид сверху. Вздыхает:
– Да, вы определённо не Никалаэда Штар. Но, надеюсь, этого будет достаточно, – и он, стремительно изменив местоположение, предлагает мне согнутый локоть. – Я вас немного провожу.
– Благодарю, – отвечаю я: от меня не убудет, а ему… вдруг ему будет стыдно убивать такую милую вежливую девушку с невыдающимся, но всё же годным декольте?
***
Во «Вкусной закуси» сразу взбегаю на второй этаж, полная решимости заглядывать под иллюзии над столами в поисках Санаду. За ближайшим к лестнице столом раздаётся кашель, несколько огненных капелек вылетают из-под скрывающего посетителя иллюзорного полога.
Ныряю под него на звук стихающего кашля. Санаду похлопывает себя по груди и смотрит укоризненно, его губы с капельками огненного напитка складываются в ироничную усмешку:
– Вы хотите сделать меня первым насмерть подавившимся архивампиром?
– А вы знаете, что употребление алкоголя в одиночестве – признак алкоголизма?
– Не для архивампира. У нас довольно специфический обмен веществ, алкоголь не может в него встроиться.
– Но существует не менее страшная психологическая зависимость, – присаживаюсь напротив него и упираю подбородок в сцепленные пальцы.
На самом деле – чтобы скрыть декольте и не выглядеть такой уж охотницей за его мужским вниманием.
Санаду с сомнением оглядывает отставленный кубок, початую бутылку и вздыхает:
– Ну, предположим, психика вампиров не так защищена, как тело. Вы пришли сюда сказать мне об этом?
– Просто решила немного прогуляться, а потом мне захотелось пить. И даже немного перекусить. Зашла, а тут так удачно вы.
– Удачно? – приподнимает бровь Санаду.
– Конечно, – улыбаюсь как можно невиннее, – с вами всегда интересно.
Мы замираем, глядя друг другу в глаза.
«Только не красней!» – приказываю себе изо всех сил. И даже начинаю повторять «Этику менталистов», чтобы избавиться от горячих мыслей. Кстати, очень действенная штука: мигом все непристойности из мозга выметает, не хуже любого другого философского трактата.
– Значит, со мной интересно? – глаза Санаду смеются, он откидывается на спинку стула.
– Увлекательно, – добавляю я с невольной улыбкой. – И впечатляюще.
Его губы тоже начинают расползаться в улыбке.
Так мы и сидим, улыбаемся друг другу. Наверное, со стороны это выглядит глупо, но изнутри – приятно.
– Кстати, – я на миг прикусываю губу, после чего всё же спрашиваю.
