12
0Перемещение напоминает раскладывающий на атомы полёт в мир дану, только короче – и в конце нас бросает не на непонятную площадь, а в переулок – из которого меня не так давно, но будто несколько жизней назад, утащило в Эёран. По следам прежних перемещений переходить проще.
На Земле пахнет весной и немного – табачным дымом, портящим свежесть раннего утра. По дороге мимо проносится автомобиль, разбрызгивает талую воду.
Крепко сжав мою ладонь, Санаду откидывает свободную руку в сторону, будто пытается обнять окружающий мир.
– О, Земля! В этот раз не в мусорку, и то спасибо!
– Тебя что, в прошлый раз в мусорку закинуло? – вскидываю бровь.
– О да, во французскую мусорку, – интимным шёпотом подтверждает Санаду и тянет меня из подворотни на тротуар, а там – к остановке. – Ты не подумай, всё культурно было: мусор в мешках, все дела, так что падение получилось мягким.
– Но как ты тогда оказался у нас? – вскидываю взгляд на расписание автобусов и пытаюсь прикинуть, идёт какой-нибудь из них на железнодорожный вокзал или нет, потому что задерживаться здесь не собираюсь: помчим сразу к родителям в родной город.
– Я искал место, где может спокойно затесаться преступник без документов. Мне посоветовали ехать сюда.
– Кто?
– Да бармен один. Правда, сначала он меня чуть в Африку не отправил, но я смотрел его мысли и подумал, что среди темнокожих буду слишком выделяться. Только потом узнал, что там тоже можно было укрыться, но к тому моменту я уже влюбился в эту страну. Теперь ещё и невесту отсюда привезу, хе-хе!
– Почувствуй себя сувениром, – хмыкаю я, стараясь держать серьёзное лицо.
Санаду подхватывает меня и начинает кружить:
– Любимый сувенир, любимый сувенир! Увезу с собой!
Засмеявшись, склоняюсь и целую его лоб, нос, губы. Санаду позволяет мне соскользнуть на тротуар, но из объятий не выпускает, держит крепко.
***
Чух-чух. Чух-чух…
Отдельное купе. Чай в гранёном стакане с металлическим подстаканником. Поля за окном. Романтика дороги и стойкий запах чипсов.
Санаду не отводит взгляда от проплывающих мимо пейзажей, а я нет-нет, да и посматриваю на большой пакет с чипсами. Заклинила Санаду ностальгия по этому продукту.
Чух-чух… мягкий перестук, отдающаяся в теле вибрация, изумительно чувство покоя, словно я с сессии домой еду, а ведь должна волноваться: жениха везу.
И Санаду должен волноваться, но его лицо тоже удивительным образом разглаживается и как-то молодеет – настолько ему идёт расслабленность."
"– Почему тебе так понравилось на Земле? – спрашиваю тихо, и потому Санаду, глубоко ушедший в свои мысли, не замечает вопроса.
Впрочем, ответ мне не очень-то и нужен, я даже, кажется, знаю ответ: просто здесь Санаду был свободен.
