13
0Тебе наверняка было не до этого.
– Что есть, то есть, но мы вполне можем познакомиться ближе, – мягко улыбаюсь я.
Мне же тут ещё учиться и учиться.
И менталистки исправляются. Нет, они в самом деле начинают представляться и рассказывать о себе.
Все они – не потомственные менталисты, но все из достаточно состоятельных семей – торговцев, мастеров, землевладельцев и бизнесменов. Что неудивительно, учитывая элитность заведения, ведь не каждый может оплатить обучение здесь, и не у всех настолько высокие задатки, чтобы рассчитывать на стипендию.
На их фоне я даже не слишком выделяюсь: у моей семьи тоже с деньгами было нормально, среди моих родных тоже маги. И внезапно у нас даже проблемы схожие: менталистов здесь недолюбливают, поэтому этим девочкам в детстве хоть и было полегче, чем мне, но ненамного.
Прежде они так при мне не откровенничали, но вдруг словно плотину прорывает. Или маленькую первую плотинку отчуждения между нами. И девочки куда больше свои, чем я могла предполагать. Есть о чём задуматься.
Встреча так бы и шла в мирном формате, но у Яслены от этого начинает пригорать. Она елозит на своём месте, бросает на меня колючие взгляды, и когда полуинтимный шепоток очередного откровения стихает, Яслена отчётливо произносит:
– Я хочу извиниться за резкие слова.
Слишком злой у неё взгляд для искренних извинений.
– Мне не стоило так высказываться, Клео, – продолжает она с притворной печалью, – тебе и так тяжело, ведь у профессора Санаду столько женщин за столетия было, наверняка он тебя с ними сравнивает, и с этим тяжело смириться и не ревновать, а тут ещё я со своими глупыми придирками. Прости.
Молчание.
Бэксил закрывает лицо рукой. Ника отламывает ещё пирожное.
– Я рада, что ты хотя бы осознала глупость придирок, – улыбаюсь я совершенно безмятежно, от чего у Яслены дёргается глаз. Я не перехожу на елейный тон, не говорю высокомерно, просто спокойно констатирую. – К счастью, со мной Санаду не хочет вспоминать никого другого, так что можешь не переживать.
Да и нельзя о Санаду «столько за столетия было» сказать. Он не девственник, но я у него четвёртая женщина. Я интересовалась. Не из ревности, просто была мысль, что он эту сторону жизни изучил от и до и успел пресытиться, а тут я такая юная и неопытная, вот он и заверил меня, что с удовольствием со мной поизучает данный вопрос.
– И всё равно тяжело быть рядом с таким опытным мужчиной, – продолжает гнуть свою линию Яслена.
– Ну, твоим влажным фантазиям это не мешало, – пожимаю плечами. – Не вижу причин, почему это должно меня как-то беспокоить.
Яслена во все глаза смотрит на меня:
– Но…
– Яслена! – одновременно восклицают Бэксил, Ксени, Лея и Гелла.
Смотрят на неё… кто сочувственно, кто раздражённо.
– Что? – изображает она недоумение.
