3
0
– Прямо оторопь берет, – делилась Вера, – ходят, как тени, вы не пугайтесь, если встретите, да они, впрочем, сюда не заглядывают, а нас на другую половину охрана не пускает.
– Почему? – изумилась я.
– Из-за коллекции, – серьезно пояснила Настя. – Юлин отец оставил собрание старинных статуэток, бешеных денег стоит, вот и боятся, что кто-нибудь украдет. Мы ведь приходящие, возьмем и убежим…
– Трудно, наверное, работать в таком доме…
– И не говорите, – махнула рукой Вера, – одно радует – ровно в шесть все по домам расходимся, ни разу не задержали, и зарплата, конечно, потрясающая. За такие деньги на все согласишься, хотя вот няньки не выдерживают. Рита такой фрукт!
Не успела она договорить фразу, как в кухню влетела моя подопечная. Девочка все-таки решила не тосковать в одиночестве на кровати, а одеться самостоятельно.
– Да как ты посмела, – завизжала она с порога, – тебя наняли, чтоб все мои прихоти исполняла.
– Красивый у вас сад, – обратилась я к Насте, проигнорировав вопли.
– Летом вообще чудо, – ответила та."
"Обозленная до крайности, Рита подлетела ко мне и дернула за руку. Чашка с чаем опрокинулась. Я взяла со стола бутылку с минеральной водой, медленно открутила белую пробочку и меланхолично вылила жидкость на темечко малолетней истерички. От неожиданности Рита заорала, а Настя с Верой отвернули довольные лица к окну.
– Сейчас же пойду к Юле и велю, чтобы тебя выгнали, – зарыдала мокрая Риточка.
– Сделай милость, только побыстрей, не задерживайся нигде по дороге, – велела я.
Побежавшая было к двери девчонка притормозила и спросила:
– Ты не боишься?
– Наоборот, только обрадуюсь!
– Интересно знать почему? – осведомилась нахалка.
– Да очень просто, – объяснила я, – мне уже заплатили за три месяца вперед, и, если уйду раньше, только выиграю!
Маленькая мерзавка остановилась и, потряхивая мокрыми волосами, протянула:
– Могу простудиться, кофта сырая…
– Пойди переоденься.
– Есть хочу!!!
– Садись к столу, попроси Настю налить тебе чай.
– Я что, прислуга, на кухне есть? Мне подают в столовую.
– Прекрасно, отправляйся туда и попроси завтрак.
– Я никогда не прошу, я приказываю, вы тут за это деньги получаете.
– Сколько платишь в месяц Насте?
– Не знаю, – слегка растерялась Рита, – мама дает, но много, мы дешевым не пользуемся.
– Значит, мама и будет приказывать, а ты – просить!
– Три ха-ха-ха, – сообщила негодница, – больно надо, сама возьму…
И она, подскочив к огромному холодильнику, вытащила баночку «Виолы», затем достала батон и сунула мне нож.
– Отрежь!
– Сама режь!
– Не умею.
– Ходи голодная или попроси по-человечески.
– Не пошла бы ты на хрен, – заявило милое создание и, неумело орудуя тесаком, принялось уродовать белую булку.
