Помни об этом

Мы в параллели учились в школе, – и зачем-то добавляю, – он у Анны Павловны в классе был, – сглатываю, – а я нет…

Кадык дергается, глаза леденеют, я каждую эмоцию считываю. Высматриваю во все глаза. Андрей прищуривается, цепко взглядом держит. Не касается меня, но ощущение такое, словно сжал до хруста.

– Какого хуя он рядом трётся? Ёбанный одноклассничек-пидарасничек.

– Мы просто шли вместе, нам по пути было, – быстро шепчу по сторонам смотря, на нас оглядываются. Это мой двор… меня тут все знают.

– Чё, бля? – ревёт втрое громче, чем позволяют приличия. В эхе от арки это разносится на весь двор.

Слова в лицо летят, да так резко, что глушит. Мне хочется самой заорать, чтобы не привлекал внимание, чтобы перестал выкручивать. Я тоже психую, тоже на взводе. Но… всего секунду, в ту самую секунду, когда встречаю полной заинтересованности взгляд бабы Нюры из соседнего подъезда. А потом меня вновь переключает.

– Я тебя там, блять, жду. А ты с этим уёбком весело болтаешь? Никуда не спешишь, всё по кайфу у тебя.

Губу прикусываю. Паника в груди вспыхивает, расцветает. Я просто хочу это закончить. Просто замять и всё. Быстрее.

– Да нам просто по пути было, Андрюш. Я что с ним дошла, что без него, всё одинаково, по времени вышло, – кидаюсь оправдаться.

Волосы ерошит. Психует. Не слышит меня совершенно."

"– Может он тебя ещё и трахать будет? Какая разница с ним или без него?! Тебе я смотрю совсем по хую.

Слёзы наворачиваются от обиды за то, что так предположил, от того, что стыд новой волной накатывает из-за пошлости. Я не знаю, что сказать, меня выкручивает. Пальцы заламываю. На нас люди оборачивается. Стыд испытываю дичайший. Ревность Андрея порой границ не знает… Глазами кричу: «Ну, не надо, пожалуйста, зачем на глазах у всех?! Успокойся. Про меня же потом говорить будут… Мама узнает, в обморок упадёт. Ты же знаешь какая она у меня…»

– Не кричи, пожалуйста, – тихо прошу, – при чём тут это? Он меня не касался даже, мы про школу говорили в основном, да и кто куда поступил.

Всплеск руками перед моим лицом.

– Заебись! Теперь ещё и это! Может тебе ЭТО уже на хер не нужно? Может я зря тут как дебил пасусь? Может стоит просто отпустить тебя?! – голосом давит.

– Нет! Нет! – Кидаюсь к нему, руками обнимаю, в грудь утыкаюсь, меня трясёт, – я только тебя люблю. Мне никто другой не нужен. Глупости не говори…

Промедление длится несколько секунд. Я его обнимаю, он меня нет. Сердце из груди готово сбежать. Замираю. Жду. Сжимает внутренности.