Помни об этом

Смотрит в диком ужасе на мелкую Шахмалиеву.

Блять…

Против воли, начинаю приглядываться внимательнее. И вдруг узнаю. Это же она с блондинкой сидела и танцевать побежала перед тем, как отец позвонил. Точно, она.

– Да плевать я хотела, – орёт Лаура и выхватывает ведёрко со льдом у бармена, чтобы выбросить содержимое в Марата.

К слову, летит только пара капель воды, но прямо в морду.

А я почему-то смотрю на брюнетку. Она замирает, вцепляется пальцами в столешницу, взгляд мечется. Блять… малыш, ты чё? В обморок только не грохнись."

"Ну, окей, я понимаю. Так себе картинка, но что за реакция? Видно же, что дуркует девчонка просто. Брюнетка же совершенно искренне сопереживает, так искреннее, что вся сжимается и на этом фоне кажется еще более хрупкой. Нажми – сломается.

Плечики острые, щеки впалые, губа закушена, огромные глаза расширены неестественно.

Напуганный кролик.

Смахиваю с рукава каплю воды, пока Марат гвоздит оборзевшую сестру простым:

– А сейчас ты встаёшь и идёшь в машину. Я отвожу тебя отцу.

Лаура моментально осекается, в карих глазах слёзы наворачиваются. Не в курсе отвезёт или нет, но малыха пугается всерьёз и основательно. Включается наконец-то кодирование кавказское. Голову опускает, глаза в пол смотрят и теперь уже она, поджав ушки, обходит брата и идёт туда куда сказали, не прощаясь.

Я их всех знаю прекрасно. Вышколены, с безупречным образованием, хорошими манерами. Что вдруг случилось такого, что она появилась тут, да ещё так себя ведет, не в курсе, но Марата бомбит. У него тоже есть желание по-отечески всыпать мелкоте.

Марат гулко выдыхает, глаза трёт, словно там песок.

– Полная жопа, а ни девчонка, – хлопает по плечу и кидает, – уехал.

Киваю, а сам делаю шаг к голубоглазой брюнетке, чьи губы сейчас мертвецки синие. Есть ощущение, что она либо побежит за ними, либо прям тут растянется. Сама же в меня впивается глазами, делает это ни в первый раз, как за круг спасательный держится.

Странная она.

Успокою что-ли, вдруг этот благородный жест где-то, да, зачтётся?

Подруливаю ближе, она тут же выдаёт сдавленно:

– Её точно не надо спасать?

Хмыкаю. Плюхаюсь на стул рядом, бармену киваю налить. Исполняет не спрашивая. Кирилл знает меня ни первый день, а вкусы у меня не меняются. Стабилен.

– Ей бы не помешало получить по заднице, – говорю искреннюю правду.

Девчонка вспыхивает, да так сильно, что дёргается, тут же смеюсь и карты на стол выкидываю:

– Это сестра его, – поясняю в распахнутые глаза, – Ей сюда нельзя.