Помни об этом

Он с самых соплей госконтрактами жопу вытирает.

– Там что, денег мало? Ну, заплатит небольшую мзду, не убудет, – разъясняю спокойно, – В следующий раз дойдёт, а если не дойдёт, то всегда есть те, кто объяснит доходчиво. Штрафы всех объединяют, знаешь ли, – издеваюсь.

Марат кривится и посылает меня на хер.

Тянусь и выпиваю свою порцию. Обсуждать с другом детства очередной провал его знакомого, не в кассу, если честно. Я сюда пришёл чтобы потрахаться. С Софкой разбежались, теперь надо что-то думать постоянно.

Досадливо головой качаю."

"Вот тебе и договорняк. Родители думали, что я соскочу, а нет… она влюбилась и умотала. Впрочем, я не держу зла. Весело нам было только трахаться, в остальном совсем не мой человек, а может быть сыграло то, что знаем друг друга слишком много лет. По хер уже.

– Ты сам что думаешь?

Марат глаза трёт, они у него красные, пиздец. Помимо того, что он чёртов гений, так ещё и трудоголик придурковатый, странно что тут сидит, а не за компом.

– Ты про отца?

Киваю. Друг ржёт.

– Да кто спрашивает? Партия сказала надо… – кривится.

Снова киваю, потому что понимаю, что такое партия и кто такой комсомол, который хочешь или не хочешь, но идёт и делает. Отстой, если буквально.

Закуриваю, мы в випке, да ещё и с Маратиком, так что тут даже оргию можно замутить, ни хера не будет. Затягиваюсь глубоко. Надо бы расслабиться.

Размышляю лениво. Может Наташку позвать с собой, так хоть и по наезженной колее, но быстро и надёжно. Потом вспоминаю, что козлом слегка был в прошлый раз. Обиделась, кажется. Блять… Зачем только ляпнул… сейчас бы не парился, где спустить можно. Не дрочить же. Да и особо не привык, проблем с бабами не было никогда, а тут раз и нет никого. Как на зло.

Выхожу из випки и на перила облокачиваюсь, смотрю в толпу, там внутри кратера из тел, скачет сестричка Марата. У них там девчачий сабантуй, на который мужикам нельзя, но старший брат покаянно попёрся всё равно, потому что правила в их семье запрещают хорошим девочкам шоркаться по злачным местам, даже если это злачное место собственность семьи. Выгуливает он её, в общем. Стережёт как цербер.

– Где эта коза? – перегибается следом, жадно смотря в толпу.

– Блять… ты просто курица-наседка, – ржу.

Марат ощутимо в плечо толкает, бесится. Он терпеть не может за сёстрами смотреть. Хер его знает почему соглашается каждый раз, но не любит однозначно. А отпустить так, сразу начинает кипеть кавказская кровь. Наполовину русский, но от бати видимо много досталось.