7
0
Он был уверен – друзья пойдут следом. Они и стебали Снегиреву в основном из-за ее маниакальной привязанности к Антону. Не ходила бы хвостиком, никто бы и не заметил ее. Да и в целом парни были неплохими, никого не обижали, наоборот, тот же Шестаков однажды на физкультуре заступился за их пухленькую одногруппницу, в сторону которой грубо пошутил препод. Антон прекрасно понимал: Юля попала под раздачу из-за него…
– Тох, подожди, мы с тобой! – крикнул кто-то из ребят, и все вместе вышли из женского туалета.
Какое-то время, пока шли, они шутили над Юлькой – придумывали клички, обсуждали причину слез, намекали на ревность. Мол, пора бы Антону задуматься, вдруг на горизонте появился конкурент, и плачет девчонка из-за него.
Леваков слушал вполуха. Почему-то казалось, что у Снегиревой в самом деле случилось что-то серьезное. Она всегда улыбалась, даже вот тогда, на дороге, когда листы разлетелись, не растерялась. А тут слезы… странно. Хотя какая разница? Эта девушка ему никто, раздражающий фактор, от которого Антон мечтал избавиться, но сегодня, увидев ее слезы, в груди кольнуло, словно Юлька была далеко не посторонним человеком.
Что за ерунда?!
У парковки друзья разошлись по машинам, а Антон направился к мотоциклу, но стоило парнями разъехаться, как Леваков слез с байка и вернулся в корпус. Он и сам не понимал – зачем? Просто хотелось убедиться. Зайдет, спросит, и все на этом. «От простого вопроса хуже не будет», – уверял себя Леваков. В конечном счете спать он точно будет спокойнее, а то с совестью у него и так были вечные проблемы со времен школы. Проклятая первая любовь до сих пор не давала покоя.
Тогда из-за своей нерешительности и страха осуждения Антон упустил момент, когда Тасе, его однокласснице, нужна была помощь. Он переживал, лелеял мечты о ней и ненавидел одновременно. Пытался показать свои истинные чувства, да только ничего из этого не вышло. У Таси появился защитник, а Леваков пообещал себе больше не допускать подобного – не становиться зависимым от симпатии к девушке.
По пути Антон скинул входящий от назойливой подружки. Они просто неплохо развлеклись пару раз, так чего она теперь названивает? Они не договаривались ни о чем. Да и не до нее было, в голове все мысли крутились вокруг Снегиревой. Откуда-то возникший стальной привкус во рту не давал покоя. Так бывает, когда огонек тревоги вспыхивает в груди.
Не доходя пары метров до женского туалета Антон замедлил шаг, а у самых дверей снова ускорился.
