3
0Невыразительный пристальный взгляд сэра Бонами несколько секунд не отрывался от табакерки, но сэр Бонами сказал только:
― Красивая табакерка, ты купил ее в Париже, когда ездил встречаться с братом?
― Кажется, да, ― согласился Кит, и ни один мускул на его лице не дрогнул. Сэр Бонами взял понюшку.
― От Бернье, ― сказал он. ― Ты показывал мне, когда вернулся."
"Он ничего не сказал больше, но когда позднее пришел к Киту в огромную комнату, традиционно служившую спальней графам Денвиллам, Кит все еще находился в некотором замешательстве. Фимбер как раз снимал с него сюртук, но сэр Бонами уже успел освободиться от крепких объятий своего корсета и от жесткого воротничка и облачиться в халат из плотной парчи такой необыкновенной расцветки и такого просторного фасона, что его фигура, и вообще-то величественная, стала просто-таки грандиозной.
― Пришел немного поговорить с тобой, ― объявил он.
Фимбер с каменным лицом удалился в гардеробную, а Кит, чувствуя, что он лишился своей последней поддержки, сказал:
― Ну, конечно, сэр! Что-нибудь не так?
― Этот твой табак слишком сух! ― сказал сэр Бонами, глядя на него тяжелым взглядом.
― Боже мой, сэр, неужели? Прошу меня простить.
― Я хочу тебя предостеречь, мой мальчик! ― сказал Бонами, игнорируя его деланное удивление. ― Я не знаю, что за представление ты затеваешь и не прошу мне рассказывать, потому что это не мое дело, но если ты хочешь одурачить людей, чтобы они поверили, что ты ― действительно молодой Денвилл, не предлагай им сухой табак и не открывай табакерку двумя руками!
― Так вот оно что! ― сказал Кит. ― Я подозревал, что выдал себя, но не понял как!
― Черт возьми, Кит. Ивлин научился обращаться с табакеркой способами Бруммелла! Одной рукой и всего одно движение большого пальца, чтобы открыть ее! Запомни это!
― Я запомню, сэр, ― обещал Кит.
Сэр Бонами предостерегающе поднял руку.
― Нет, я не считаю! ― произнес он поспешно. ― Я уже сказал, что это не мое дело! И я доволен, что это так, потому что оно мне кажется очень сомнительным.
― Не такое сомнительное, как может показаться, ― сказал ему Кит.
― Если даже наполовину такое сомнительное, как кажется, я ничего не хочу иметь общего с ним! ― ответил сэр Бонами без обиняков.
― Но я этого вовсе не желаю, сэр! ― произнес Кит.
― Теперь, когда я думаю об этом, ― согласился сэр Бонами, ― я вспоминаю, что ты никогда не проявлял такого недовольства при виде меня, как твой озорник братец, так что я полагаю, что ты говоришь искренне.
