6
0Я задохнулась от желания, когда пальцы мужчины скользнули в мою киску.
— Господи Иисусе, ты такая влажная.
Подняв меня, Кеннеди понес меня к столу, одним движением сбросив всё с него. Расстегнув его штаны, я освободила его член, который был уже твердый как сталь. Когда моя ладонь прошлась по всей длине его плоти, Кеннеди застонал. Звук был до того глубоким и эротичным, что мое тело незамедлительно отреагировало.
Когда его губы накрыли мои, я ощутила его член рядом со своим клитором. Слегка повернув голову, Кеннеди углубил поцелуй и одним мощным ударом скользнул в меня на всю длину. Я застонала от чувства невероятной наполненности и впилась ногтями в кожу его спины. Кеннеди шепотом чертыхнулся и на какое-то время замер во мне. А затем, крепко схватив меня за бедра, он начал с яростью вколачиваться в меня. Я застонала, и он понял, что я на краю.
— Посмотри на меня, Хоуп. Я хочу видеть, как ты кончаешь.
Я открыла глаза. Его лицо было в дюйме от моего. Кеннеди выглядел таким серьезным и красивым. Оргазм, словно тонна свалившихся кирпичей, поразил всё мое тело. Сильные резкие толчки Кеннеди, его экстравагантная потребность и командный голос — всё это оказалось чересчур для меня. Он перевернул меня, и я застонала. Как же хорошо, пусть это никогда не заканчивается.
— Пожалуйста, не останавливайся. Пожалуйста-пожалуйста.
Кеннеди двигался с ожесточенной силой. Меня вновь накрыла первая, вторая волны оргазма.
— Черт, Хоуп, я больше не могу сдерживаться. Я сейчас взорвусь, — проговорил Кеннеди и кончил со свирепым рычанием. Я почувствовала, как его руки напряглись на моих бедрах и затем, задрожав, ослабли. Кеннеди продолжал свои толчки, которые стали немного мягче, его губы нашли мой рот. Он подарил мне мягкий, нежный, полный эмоций поцелуй. У меня по щеке скатилась слеза. Прервав поцелуй, Кеннеди прижался к моему лбу своим. Мы оба тяжело дышали. Он проследил путь слезинки на моей щеке, а потом, откинув волосы от моего лица, большим пальцем мягко смахнул слезу с моей кожи.
— Боже, Хоуп, — произнес он, изучая мое лицо. Его голос заставил мое сердце пропустить удар. На лице Кеннеди были написаны все его эмоции, и он даже не пытался их скрыть. У меня на душе потеплело.
— Это было удивительно. Ты потрясающий, — сказала я, улыбаясь.
Кеннеди притянул меня к своей груди и сжал в своих объятиях, практически причиняя боль. Но меня это не волновало, я не хотела, чтобы он хоть на дюйм отстранялся. Он поцеловал меня в шею, и я чувствовала, как его дыхание замедляется. Мы простояли так пару минут, а затем Кеннеди отстранился и посмотрел на меня.
— Мне следует накормить тебя.
Он закал еду в номер, причем такое количество, что хватило бы и для шестерых.
— Эмм, Кеннеди, ты голодал что ли?
Мужчина перевел недоуменный взгляд на еду.
