Отражение

Мать, подсевшая на успокоительные таблетки, в первую встречу с порога заявила мне, что я дура и идиотка, и закончу, как она, потому что ее сынок такой же извращенец, как и его отец. Костя не реагировал на ее оскорбления, и просто пытался быть внимательным сыном, но любую его помощь несчастная женщина воспринимала в штыки. А Джулия была еще хуже. Каждый раз, когда мы встречались, она была пьяна и сыпала ядовитыми шутками в мой адрес. После подобных семейных сборищ, я была особенно внимательна к Косте. Как он выжил и стал нормальным человеком в подобных условиях? Мы почти не говорили о его отце. Костя всем своим видом показывал, как ему неприятна и болезненна эта тема. Однако от меня он хотел полной откровенности. И ему удалось. Костя окружил меня такой теплотой, заботой и любовью, что казалось невозможным не открыться ему. Он узнал все, что я пережила и осушил губами потоки слез, которые я пролила, рассказывая ему свою историю. Он держал меня в своих объятиях крепко, всю ночь. И поклялся, что всегда будет моей защитой и опорой.

Я поверила ему. Не сразу.

Сейчас, когда нашей дочери только исполнилось два года, я могла с уверенностью сказать, что годы брака с Костей были самыми счастливыми в моей жизни. Самыми радостными и наполненными смыслом. У меня была семья, настоящая, полноценная семья.

Поэтому, когда Костя сказал о каких-то проблемах, я напряглась. Так страшно потерять даже капельку обретенного счастья. Мне нужно знать, что случилось. И я не могу и не буду ждать до вечера.

Соня проснулась через час. Я расцеловала пухлые щечки и заспанные папины глазки. Заплетая светлые волосы в косички, я очередной раз заметила, как сильно Соня похожа на Костю. И такая же очаровательная. Все, кто ее видел, сразу влюблялись. Я же просто наглядеться на нее не могу.

Мы вместе пообедали невкусным, но полезным супом, нарядились и вышли из дома. Я поехала на своем желтом Ягуаре, стараясь игнорировать машину сопровождения. Мне не нравилось, что я снова под колпаком, но приходилось мириться. Если Костя считал, что нам нужна охрана, значит, так и должно быть. Рисковать безопасностью дочери я бы точно никогда не стала."

"Первые тревожные звоночки ожидали меня у входа в офис. Толпа папарацци появилась ниоткуда и кинулась ко мне, тыча микрофонами и ослепляя вспышками фотокамер. Соня заплакала у меня на руках, прежде чем охранники оттеснили журналистов, как щитом оградив нас.