3
0Но я могу попросить кого-нибудь купить футбольный в городе.
– Будь добра. Включи эту покупку в мой счет.
– Дима…
– Да?
– Я что-то не то сказала?
– Нет. Все нормально. Ты голодна? Я толком не позавтракал, и теперь ужасно голоден.
– Конечно. Я провожу тебя до ресторана.
Он хотел ее попросить остаться, но передумал.
– Отлично.
– Как насчет вечера?
– Вечера?
– Ну, да. Можно съездить в город, погулять по улочкам Стоун тауна. Или устроить морскую прогулку.
– Нет, ничего не надо. У меня уже есть планы на этот день.
Да… У него есть. В конце концов, он мог всегда отвлечься на незнакомку с пляжа.
Глава 8
– Катя? А ты почему здесь?
– А где мне еще быть?
– Как где? Развлекать нашего дорогого гостя!
– Тоже мне нашли клоуна, – буркнула Катя.
– А? Что ты сказала? Говори громче. Я ни черта не слышу.
Как-то Катя поинтересовалась у Люси, почему же она в таком случае не носит свой слуховой аппарат, а та ответила, что большинство разговоров не стоят ее внимания. Конечно, Кате тут же захотелось с этим поспорить. Но хорошенько поразмыслив, она пришла к выводу, что в словах Люси есть какая-то соль. Может быть, вышколенное долгими годами жизни понимание того, что от тебя в ней ни черта не зависит, и смирение это принять. Молодости свойственна суета. Страх упустить что-то важное, выпасть из актуальной повестки, сдуться. Старость не суетится. Старость знает – то, что суждено, непременно случится. Старости много не надо.
– Говорю, у Димы на сегодня уже есть планы. Не связанные со мной.
– Неужто этот засранец кого-то себе нашел?! – Люся вздернула брови, нарисованные карандашом.
– Откуда мне знать? Я свечку не держала!
– А я говорила, надо его тепленьким брать! Пока барышни помоложе тебя не опередили. Те сейчас зубатые пошли – не теряются. В отличие от некоторых. Эй! Ты куда?
– Схожу на пляж.
– Ходи, не ходи, а…
Что еще говорила Люся, Катя не услышала, захлопнув за собой дверь. Впрочем, репертуар шефини, она и без того знала наизусть. Ей бы не составило труда его повторить. И про то, что Мишу надо отпустить, и про то, что нужно жить дальше. Катя все это понимала. Просто не могла. Отпустить. Ее пугала собственная тяга к другому. Может быть, если бы он ей чуть меньше нравился, она бы смогла… Что? Переспать с ним? Ограничиться лишь сексом? Вполне возможно. Секс это ведь ничего, правда? Совсем другое дело – чувства. Или это тоже предательство? Покойного мужа. Памяти о нем. Катя не знала. А Миша… Миша настаивал, Миша брал с нее клятвы, что она, в случае чего, не станет себя хоронить с ним заживо. Когда он был рядом, теплый, родной, любимый, клятвы было давать легко. Легко, потому что она не верила, ни на грамм не верила, что это в самом деле случится. Ну, не могло… Не могло такого произойти! Только не с ним, не с ними… А оно вон как… Случилось. Не пощадило их.
