3
0
– И поэтому тоже! Ты просо сошел с ума! Я серьезно.
– Сошел, – признался Дима, подходя к ней вплотную. – И мне это безумно нравится.
– Ч-что ты делаешь?
– Раздеваюсь. Ты же за этим сюда пришла?
– Да… – как завороженная, прошептала Катя. Но тут же тряхнув головой, сама себе возразила. – Нет! То есть не только за этим.
– Забыла мне что-то сказать?
Его напряженный взгляд поймал ее. И не давил, но и не отпускал, пока Катя не выдохнула:
– Да. Наверное. Кажется, и впрямь забыла. Сказать, что…
– Смелее… – подбодрил он, расстегивая пуговички на ее блузке.
– Я тебя люблю…
А потом ее любил он. Уже чуть смелей, чем в первый раз. Но так же красиво. Стоя у панорамного окна. Распластав по стеклу ее руки и заставив немного прогнуться. Погружался и отступал. Шептал на ушко всякие глупости. Ругался. И снова ее таранил, выбивая из груди короткие задушенные всхлипы.
– У тебя какая-то нездоровая тяга к эксгибиционизму, – хмыкнула Катя, когда они без сил опустились на драгоценный персидский ковер.
– Здесь зеркальные стекла. Нас никто не видел, – заверил Тушнов, сыто поглаживая ее по попке. Через некоторое время он встал. Притащил нераспакованные пакеты.
– Что ты задумал?
– Хочу, чтобы ты примерила это все. Пока голая…
И она примерила. И все-все ей нравилось. Но больше всего – кольцо. Которое Дима без всяких лишних слов надел ей на палец.
– Не слишком ли мы спешим?
– Нет. Я начал процедуру развода.
К счастью, Кате хватило мудрости ни в чем себя не винить. И его не винить тоже. Она просто перевела тему, как будто та, другая, не стоила больше внимания.
– Ты слишком меня балуешь. Мне не нужно столько вещей. Хотя все они прекрасны.
– Подари что-нибудь дочке.
– Жанке? – удивилась Катя. – Хочешь ее подкупить? – догадалась она.
– Попытка – не пытка. Кстати, я полагал, она живет с тобой.
– Жила…
Тема была достаточно серьезной. И обсуждать ее лежа на полу, после очередного сексуального марафона, Кате показалось неуместным. Она встала на нетвердых ногах.
– А что случилось потом? – удержал ее за руку Дима.
– А потом она узнала о моей беременности.
– И ушла из дома?
– Угу. Ушла. Сейчас она живет с мужчиной.
– Сколько же тебе пришлось пережить одной?
Мягким движением руки Тушнов заставил Катю поднять голову. И жадно на нее уставился.
– Вот только не вздумай себя винить. В том, что Жанка выросла эгоисткой, виновата исключительно я сама. К тому же в последнее время наши отношения стали налаживаться.
– А как быстро они разладятся снова, когда ты ей сообщишь, что выходишь замуж?"
"Дима сжал челюсти. Он понимал, что несмотря ни на что – счастье хрупко. Конечно, вряд ли Жанна могла повлиять на их планы, но попортить матери нервы та могла запросто.
– Я надеюсь, ей хватит духу за меня порадоваться.
– А если нет?
– Тогда и будем думать.
