Отдам босса в хорошие руки

Ну или хотя бы что-нибудь в этом роде. Потому что в приемной я нашла кучу чашек, массу коробочек и сортов чая, но ничего, в чем можно было бы его заварить. Да и в офисе ни у кого ничего подходящего не нашлось.

Заметив мой взгляд, она какое-то время молчит. Потом делает жадный вдох, словно ей не хватает в салоне воздуха, и участливо, с долей неловкости, спрашивает:

— Вам ведь не понравился чай?

Киваю, но думаю о другом. Она плохо искала или колбы-заварника в приемной действительно нет? Я знаю, что Снежана заваривала чай именно в ней.

Но устраивать разборки из-за такой несущественной мелочи, организовывать поиски и расследование — напрасная трата времени.

"— Заедем в одну чайную лавку, — принимаю решение. — Там есть все, что хочешь. И там настолько профессиональный продавец, он же и хозяин лавки, что вы, возможно, тоже проникнетесь любовью к этому удивительному напитку.

— Вряд ли, — пожимает плечами Алла.

— Посмотрим.

— Но узнать пару проверенных секретов о том, как правильно готовить этот напиток, а не собирать их из противечивых статей в интернете, я буду не против, — добавляет она.

Лавка, в которую я ее привожу, поначалу не вдохновляет ее. Она уверена, что это обычный магазинчик — но ровно до той минуты, когда навстречу нам выдвигается хозяин этого заведения.

Лука явно производит на нее впечатление, как и на всех, кто видит его впервые. Высоченный, метра два ростом, с грудой мышц, в облегающей майке, с модной бородой, в майке с черепами и в косухе. Его легко представить на байке, который он просто боготворит, и сложно в таких почти домашних условиях.

— Лев! — рявкает он, заставив двух юных покупательниц у прилавка захихикать и начать перешептываться. — А я уж винил себя, что уболтал тебя закупиться чаем на полгода вперед!

Пока мы обмениваемся приветствиями, он бросает заинтересованный взгляд в сторону помощницы.

— А эта красавица с глазами кобры с тобой или можно попробовать себя в роли факира?

— Со мной.

— Смело! — восхищается Лука. — И что, вместо того, чтобы вести такую красотку домой, ты очерчиваешь границы? Понима-аю. Значит, ты…

— Алла — моя помощница, — прерываю его до того, как он начнет расспрашивать, как далеко успели зайти наши якобы серьезные отношения, и ловко переключаю его внимание.

И Лука из моего приятеля и юркого сердцееда тут же превращается в фанатика. У него меняется все — мимика, жесты.

— Ну это никуда не годится! — он осудительно смотрит на Аллу, которая вопреки моим ожиданиям, не спорит, а улыбается. — А знаете ли вы, что кофе…

— Лука, у нас максимум двадцать минут, — успеваю вставить всего одну фразу.