Отчаянная помощница для смутьяна

 — Так… а Лехиной записи тут нет и фотографий его тоже. Тут только мои фотки и Себастьяна.

Запоздало понимаю, что на папку с фотографиями надо было хотя бы пароль ставить.

Спряталась под одеялом. Вот позор то.

— Знаешь, Ксюш, у меня далекое чувство. Я в шоке, но все равно очень приятно. Признайся. Ты в меня влюблена. И уже очень давно судя по тому, когда сделано первое фото.

— Нет. Просто ты фотогеничный, вот и все. Я получала эстетическое чувство наслаждения от красивых фотографий.

— И видео?

— Да.

— То есть, ты в меня ни капельки не влюблена?

— Нет.

— Даже сейчас? — с моей головы стянули одеяло

— Ну… — к такому вопросу я оказалась не готова.

— Так влюблена или нет?

— А ты? — надо переводить стрелки.

— Я — очень даже, — слышу щелчок, словно у фотоаппарата, оглядываюсь. Андрей держит в руках уже свой телефон, наведенный на меня.

— Ты что делаешь?

— Я тоже хочу большую коллекцию твоих фотографий. Желательно в голом виде. А то совещания, порой, такие долгие и скучные, будет, чем себя порадовать.

— Андрей, — укоризненно произношу я, вновь натягивая на себя одеяло. Я точно не фотогеничннач, к тому же со сна, неумытая и нечесаная. Так. Стоп. Шеф сказал, что влюблен в меня?! Сердце екнуло и забилось чаще.

Мне под одеяло просунулась рука босса, с зажатым в пальцах телефоном.

— Смотри, я тоже тебя фотографировал.

Взяла в руки телефон, а там и правда моя фотография. На фото я в парке, в розовых лосинах, нагнулась завязать кроссовок. Вид сзади. Да… не думала, что в лосинах так провокационные смотрюсь.

Полистала немного фотоальбом Радова, найдя там еще пару своих фото из парка.

Приятно так. У шефа же в основном фотографии автомобилей, с работы документов и несколько фото с друзьями. Никаких крошек, кроме бомбочки-Ксюши в розовых лосинах — Ксюш, так ты на вопрос не ответила, — напомнил мне босс.

Зарылась в одеяло сильнее, еще и подушкой заодно прикрылась.

— Ксюша-а-а, говори, а то пытать буду, — чувствую, как с меня начинают снимать одеяло, только не с головы, а с ног.

Одеяло оказалось задранным мне по пояс. Андрей просунул руку мне под живот и приподнял, так что теперь я стою на карачках, опираясь на локти и грудь. А ведь спала и проснулась я голая — шеф, похоже передал мне эту привычку от себя, так как под утро я и не подумала пойти и что-нибудь на себя надеть.

Почувствовала, как Андрей обхватив руками мою попу и… приставил к ней ствол своего оружия. Или точнее орудия. Орудия будущих сладких пыток.

— Ты продолжаешь молчать? — уточнил у меня Андрей.

— Я пока не готова ответить на этот вопрос, — использовала вчерашнюю отговорку Радова на один из моих вопросов.

— Ну что же, тогда придется пытать, — чувствую, как в меня мягко проникает орудие пыток. Такое… порочное удовольствие.