2
0Я беру на себя ровно столько, сколько способен вывезти. Ты уверен, что можешь сказать то же самое?
Видно, что диалог еще сильнее завел Диму, он в такой ярости, что готов броситься на Кирилла с кулаками. Не делает этого только потому, что прекрасно понимает, каков будет исход. Тогда как Кирилл совершенно расслаблен.
Чувствую, что сейчас упаду в обморок. Мне настолько нехорошо, что я действительно не могу встать, даже если бы захотела. Понимаю, что это малодушие, что я должна увести Диму и принять всё, что на меня свалится от этого морального урода. Не стоит впутывать Кирилла.
Самое смешное, что действительно готова была рассказать обо всем Кириллу, признаться, что он отец моего ребенка. Но снова мне помешали. Можно ли винить кого-то в своих ошибках? Думаю, нет.
– Виктория останется здесь. Дождется десерта, который заказала, а затем я отвезу ее на работу, – холодно настаивает на своем Кир.
– Мне нужно в уборную, – вскакиваю, чувствуя, что сейчас меня вывернет наизнанку.
Дима подхватывает меня под руку и тянет за собой.
– Можешь не трудиться, Кирилл. В туалет я свою невесту сам провожу.
Он доводит меня до туалета, грубо толкает дверь и затаскивает меня внутрь, прижимает к стене и шипит на ухо:
– Ты мне заплатишь за эту сцену, поняла?
Слезы мгновенно брызжут из глаз, по коже бежит озноб, меня начинает трясти.
– Я ничего не сделала! Просто вышла на работу, за коллегу, ты мне разрешил. Дима, пожалуйста, ты не так понял, – умоляю его, чувствуя себя жалкой.
– И сразу оказалась в ресторане? Я такой идиот, по-твоему? – больно хватает за предплечье и буравит меня злым взглядом. – Ты пытаешься крутить моим братом, думаешь, у тебя получится? У него таких, как ты, миллион.
Дима так сильно дергает меня на себя, что я громко вскрикиваю. Страшно и больно. И в этот момент шумно распахивается дверь, на пороге стоит Кирилл.
Глаза округляются от ужаса, потому что он в бешенстве.
– Нет, пожалуйста, не надо… – не знаю, кому это говорю, просто хочу, чтобы ничего страшного не случилось.
Но меня никто не слушает, у мужчин своя война, а я лишь беспомощный свидетель, мнение которого не берут в расчет.
Ужасный хрип вырывается из его рта, что-то хрустит. О господи, неужели у него что-то сломалось?
Я боялась этого с самого начала! Стать причиной вражды, заставить их вот так сцепиться. Я кричу, бросаюсь к ним, умоляю прекратить, рыдаю. Становится совсем плохо, снова накатывает тошнота, и я проваливаюсь в пустоту.
Глава 12
Виктория
Открываю глаза и не понимаю, где я. Оглядываюсь по сторонам. Машина. Водитель. Знакомый аромат парфюма.
