Орки тоже люди

Последний раз прокатив камень между пальцами, почувствовав спящую в нем силу и острые грани, я вернула серьгу гномам. Не сомневаюсь, что они найдут способ избавиться от нее раз и навсегда.

К моему удивлению, избавлялись не от серьги — и правда, кому она сама по себе мешает? Гномы лишали серьгу свойств, которые когда-то вплавили в нее. Главный бородач поднялся на несколько ступеней к Вратам и вытянул руку с украшением. Даже я видела, как ее сила тонкой струйкой дыма возвращается обратно в источник, оставляя разбегающиеся круги на черной глади арки. Зеркало, в котором отражались все мы.

— Ты готова, дочь степей? — гном, убедившись, что сережка пуста и отныне не более чем красивая стекляшка, развернулся массивным корпусом ко мне. — Все ли условия пророчества соблюдены тобою?

— Да.

— Произнеси для нас, как оно звучит?

— «Иная с человеческой душой, прошедшая сквозь пространство и избранная неживыми, сможет победить время и провести возлюбленного и влюбленного через Врата мира, если будет с теми, кому доверяет».

— Значит, ты пройдешь, — кивнул гном, и я поняла, что в отражении Врат он увидел намного больше, чем глядя на меня. — Кого из возлюбленных ты ведешь с собой?

— Туда — никого. Но планирую вывести обратно одного возлюбленного и влюбленного. Его здесь многие любят и ждут — уверена, и сам принц имеет немало дорогих для него людей.

А что? Разве не так? Я как-то спонтанно пришла к такому решению этой части загадки. Ведь нигде ни слова не сказано, что это должен быть мой возлюбленный или влюбленный в меня. К тому же один старый и мудрый эльф посоветовал смотреть на любовь шире.

— А время? Ты смогла его победить?

— Да, — я улыбнулась, совсем недавно поняв эту часть загадки. — Я научилась ждать.

Иногда всё неплохо решается и без нашего участия, а вмешательство частенько лишь усугубляет ситуацию.

— И идешь с теми, кому доверяешь?

— Абсолютно.

Я не сомневалась в тех, с кем шла. В тех, кого оставляла, тоже не сомневалась, но Тинарису и Луаронасу давно начала доверять как себе. К Финриару я, пожалуй, не испытывала абсолютного доверия, но отдавала должное его знаниям и опыту, за которые можно простить многое."

"Старый-старый гном, тоже из виденных мною за столом, тяжело поднимался по крутым ступеням к источнику. А дойдя, с минуту переводил дух. Но стоило морщинистой руке прикоснуться к серому камню, как свет залил всё пространство зала, оказавшегося бесконечно большим.

— Возьми, — главный гном вложил мне в руку серьгу. — Отдашь духам. Они знают, что делать. Или сама используй, если станет совсем тяжело. Он поможет.

Я сначала недоуменно взяла серьгу, ощущавшуюся в руке как-то необычно, и только потом догадалась посмотреть на Варлана.