Орки тоже люди

Всё это я прекрасно слышала: у меня теперь десятки ушей и столько же глаз, которыми я видела себя со стороны, приближавшуюся к чудовищу с грацией змеи. Впрочем, кто из нас в данный момент большее чудовище — вопрос. И, совершенно не задумываясь, я с размаха воткнула кинжал застывшему волкодлаку в сердце, обрывая ритм.

Именно тишина, показавшаяся такой неестественной, вывела из транса. Тени, только что колыхавшиеся и дрожавшие на стенах, исчезли — к сожалению, вместе со светом. На ощупь я нашла тушку зума, не понимая, жив он или нет. После исчезновения духов я, казалось, ослепла и оглохла: собственных чувств было до боли мало. Так я и сидела на полу, прижимая к себе мелкого, когда, спустя целую вечность длиною в несколько минут, возле двери зажглись магические огни.

— Гхыш, чего ты тут застряла! — Луаронас, тяжело дыша, тащил с принцем под руки мага, пребывавшего в бессознательном состоянии. — Могла бы выйти помочь! Почему мы сами должны всё делать в таких условиях?

И сказано это было с таким справедливым негодованием по поводу моего нетоварищеского поведения, что мне и возразить оказалось нечего. Уважительная причина нашлась сама — на полу в луже крови. Точнее, не совсем сама: Рон, не ожидавший подставы в виде трупов, сначала чуть не поскользнулся, а потом споткнулся о нечисть. Больше всех не повезло Ливару: его все-таки уронили. Правда, упал он на покрытую густой шерстью тушу, и это смягчило удар."

"— Это что? — Луаронас ткнул нечисть носком сапога.

— А как ты думаешь?

— Волкодлак? — по-прежнему сомневаясь, спросил эльф

— Правильно.

— Настоящий волкодлак?! — восхищению Асарила не было предела. — А что с ним?

— Да вот, прилег отдохнуть после плотного ужина. Убила я его, — пояснила я после того, как темный с принцем синхронно отшатнулись.

— Сама?! — спросили меня в два голоса.

— Ну да, — я небрежно пожала плечами.

— А чем?

Вот тут надо было сказать, что голыми руками придушила сволочь, но врать нехорошо.

— Кинжалом в сердце. Кстати, надо его достать. Да не сердце, — пояснила я на два ошарашенных взгляда. — Кинжал. Он мне, чувствую, еще не раз пригодится. Помогите перевернуть.

Эльф с принцем безропотно перевернули нечисть, предварительно убрав с него Ливара. Хорошо, что Ливар без сознания, Надо бы предупредить этих двоих, чтобы не рассказывали магу, на ком ему довелось полежать. А что теперь от него псиной попахивает — так это обонятельные галлюцинации на фоне перелома.

— А что с зумом? — наконец обратили внимание на пушистого у меня в руках.

— Живой. — Едва-едва, но зверь дышал. — Он первым бросился на волкодлака и спас меня.

— Был бы он магом, я бы сказал, что это магическое истощение, — Луаронас осторожно дотронулся до зума и покачал головой.