5
0
— Точно? — переспросил Росс.
— Дедушка в детстве водил меня в этот Дом Культуры заниматься танцами, — объяснила Елена. — Ну и мы с девчонками бегали, играли по всему зданию.
— Идём, — бросил он Елене, пятясь к указанной двери и волоча за собой Курбинина.
Дверь оказалась заперта на магнитный замок.
— У него должна быть ключ-карта, — предположила девушка.
Росс быстро обыскал Курбинина и через несколько секунд вытащил из его кармана пластиковую карточку.
— Это что ли? — протянул он её Елене. — Открывай.
Щелчок. Тяжёлая стальная дверь со скрипом поддалась, открывая узкий сырой коридор с низким потолком и единственной тусклой лампой в полукруглом плафоне. Запах плесени и затхлости ударил в нос.
Лена шагнула внутрь. Росс вошёл за ней, втащив за собой Курбинина. Тот, поняв, что его уводят не туда, где его люди, попытался крикнуть, но получил рукоятью пистолета в челюсть и замолк, отправившись в нокдаун. Опричник вырвал провода из магнитного замка и закрыл с щелчком дверь. Теперь у них было несколько минут, пока Аскер не сообразит, почему никто не выходит из подвала наверх, и поймёт, куда они исчезли и где должны вылезти.
Они шли, практически наощупь, спотыкаясь о неровный бетонный пол. Пятьдесят метров. Шестьдесят. И наконец упёрлись в вертикальный колодец со ржавой лестницей. Подняться с пленным было невозможно. Бросив заложника на пол, Ростислав посмотрел вверх.
«Только бы люк был открыт», — подумал он.
Посмотрев на Курбинина, он встретился со взглядом врага, полным страха и ненависти. Бандит понял, что опричнику он больше не нужен и его жизнь не стоит нисколько. Росс усмехнулся.
— Я обещал оставить тебя живым, если нам дадут уйти. А слово своё я держу. Поэтому придётся отложить твой конец до нашей следующей встречи, — произнёс Ростислав и неожиданно ударил его с ноги в подбородок. — До скорой встречи, мразь.
Курбинин вытянулся на бетоне, потеряв сознание.
— Лезь за мной, — сказал Росс девушке, вставая на ступеньку лестницы.
Опричник начал подниматься, цепляясь за мокрые ржавые ступени. Упершись рукой в тяжёлый люк, он сдвинул его в сторону, впустив холодный зимний воздух. Сам выход представлял собой небольшой куб с кирпичными оштукатуренными стенами и запертой решёткой. Росс упёрся ногами в железные прутья, ударил — ржавые петли сломались.
Переулок был пуст. Лишь старушка с сумками брела вдалеке. А в конце переулка, у пересечения с улицей, метрах в двухстах, стоял джип Хворостина.
«Всё-таки хорошо, что ты приехал», — подумал он. — «Долго бы мы сейчас ковыляли на морозе без одежды».
Обхватив Лену за плечи, чтобы хоть как-то согреть на зимнем холоде, Росс быстро повёл её к машине."
"Хворостин нервно затягивался, наблюдая за мельтешением теней в окнах. Внутри явно царила суматоха.
