4
0По душам не болтали, обсуждали в основном ее сына и так… по мелочи.
– Как вы? – вежливо интересуюсь.
– Плохо, девочка…
– Я вам там сок и фрукты принесла, но у меня на входе все это отобрали.
– Спасибо. Не стоило.
Сглотнув образовавшийся ком в горле, киваю:
– Не за что. Вы… поправляйтесь.
– Да где уж мне. Все равно дорога одна. Сердце слабое, говорят, лечись-не лечись, моложе мы не становимся. Хорошо хоть вы с Сашей помирились…
Боже.
– Мы… не…
– Он так переживал. Так страдал. Пообещай мне, что, когда я умру, ты о нем обязательно позаботишься…
Глава 28. Есения
– Я, конечно, помогу Саше, если этого потребует ситуация, – стараясь уйти от прямого ответа, неловко улыбаюсь.
Да блин!..
Есения, ну почему ты такая порядочная? Зачем вообще сюда приехала? От стука двери вздрагиваю, словно застигнутая на месте преступления.
– Зая?.. А я думаю, чей это голос знакомый? Вот радость!
Обернувшись, награждаю бывшего молодого человека безразличным взглядом. Судя по тому, что щеки стали заметно пухлее, делаю вывод: Саша не потерял аппетит из-за расставания со мной. Он совершенно не выглядит изможденным.
– Привет-привет, – буркаю.
– Здравствуй, сынок, – слабо произносит Марина Ивановна и картинно тянет руки к нему. – А мы тут с Есенькой болтаем о вас. Сплетничаем по-семейному.
Ну-с. С меня хватит. Издевательство чистой воды.
Мне теперь перед Огневым до самой смерти не отмыться. Мало того, что обманула, еще и это «по-семейному». Закатив глаза от ужаса, поднимаюсь со стула и, придерживая на плечах белоснежный халат, хватаю свою сумку.
– Я, наверное, пойду.
– Саша проводит, милая. Спасибо, что зашла. Я всегда вам рада.
Выскакиваю из палаты, как ужаленная, и несусь в сторону гардероба. Зародыш едва поспевает за мной. Запыхался, бедняга. Как он с такой одышкой в наряд ходит?..
– Есь. Ты ведь маме правду сказала? – нудит над ухом, пока я ищу номерок в кармане.
– В смысле? – рявкаю.
– Ну… о том, что будешь рядом… со мной? – приобнимает за талию.
– Скажи мне, ты больной?
Развернувшись, не выдерживаю и отталкиваю его от себя.
– Мы расстались, Саша, – пытаюсь снова вдолбить эту информацию в его мозг.
– Но… три года. Мы три года любили друг друга, – как ребенок обвиняет он меня. – Неужели ты не сжалишься и не простишь один-единственный косяк? Всего один!..
– Нет, Саш, – оглядываясь по сторонам, цежу сквозь зубы. – Ты можешь больше не ходить за мной? Я сто раз попросила.
– И что ты будешь делать теперь? Как жить? – он непонимающе чешет затылок, а я усмехаюсь. – Хорошего мужика-то сейчас хрен встретишь, Зай.
