4
0Но, пожалуйста, не думайте обо мне плохо. Ничего этого не случилось бы, если б мне повезло, как вам.
— О чем вы, скажите на милость?
— Если б и я была счастлива в браке.
— Счастлива? — не сдержавшись, переспросила Ширин, и теперь уже сама ощутила потребность излить душу. — Ох, Кэти, мой брак отнюдь не то, чем он выглядит.
— Неужели?
— После смерти мужа я узнала, что здесь, в Китае, он завел любовницу и другую семью.
— Не может быть!
— Да, вот так вот. Для меня это было страшным ударом. Не укладывалось в голове, что человек, всегда казавшийся образцом преданности, добропорядочности и набожности, мог спутаться с иноземкой другой веры. — Ширин тоже промокнула глаза. — Лишь теперь я стала понимать, какие повороты случаются в жизни.
Миссис Бернэм окинула ее долгим внимательным взглядом, потом подсела ближе и ласково спросила:
— Но ведь и ваша жизнь изменилась, с тех пор как в ней появился господин Карабедьян, правда?
Ширин поперхнулась и смогла только кивнуть в ответ.
— Знаете, вам несказанно повезло, — прошептала миссис Бернэм. — Вы вдова и можете снова выйти замуж.
— Нет, это невозможно, — твердо сказала Ширин. — Дети, родные, община никогда мне не простят. У меня есть обязанности перед ними.
Миссис Бернэм легонько сжала ее руку.
— Разве мы не исполнили свои обязанности? Не пора ли немного подумать о себе?
Вопрос застал Ширин врасплох, повергнув ее в ошеломленное молчание. Она еще думала, что сказать, но тут слуга доложил о приходе Карабедьян-саиба."
"С началом артподготовки музыканты, получив короткую передышку, отошли в укрытие. На усиление обстрела земля отозвалась ощутимой дрожью. Спасаясь от оглушительного грохота, Раджу зажал руками уши, но Дики толкнул его под локоть:
— Глянь-ка туда.
Раджу увидел человека, тащившего на спине нечто похожее на дохлую козу.
— Водонос, — прошептал Дики. — Значит, сейчас начнется. Перед атакой всегда разносят воду.
От души напившись из бурдюка, Раджу заправил флягу и, следуя примеру Дики, сунул в рот леденец.
Обстрел закончился столь же внезапно, как начался. Пала странная звенящая тишина, которую нарушали только пронзительные крики, доносившиеся с китайских позиций.
— Примкнуть штыки! — гаркнул капитан Ми, а следом за ним тамбурмажор скороговоркой выкрикнул свою серию команд. Музыканты вскочили на ноги и выстроились уступом, с обеих сторон прикрытым сипаями.
Раджу много раз отрабатывал этот маневр, но сейчас почувствовал, как перехватило дыхание и закружилась голова. На муштре никто не уведомил о завесе из пыли и дыма и о том, что рядом идущий сипай может оступиться, угодив в воронку от ядра, и едва не заехать тебе штыком в лицо.
