Одна любовь. Двойная месть

Они знакомы? Нет, этого не может быть. Девица, та совсем округлила глаза, Герман умел произвести впечатление.

— Я не думала, что ты в ресторане.

— Я давно здесь.

— Странно, я тебя не видела.

Его рука так идеально лежала на ее спине, даже через ткань кофточки шел жар. Полина сразу забыла, что рядом какой-то там Дмитрий, разбивший ей сердце, отказавшийся от нее и ребенка. Она все забывала рядом со своими мужчинами, вдохнула его аромат, сжала локоть.

Обернулась, Дмитрия рядом уже не было, снова посмотрела в голубые глаза Германа, но лед плавился так же, как она в его руках.

— Ты снова?

— Что?

— Так смотришь.

— Как? — Полина улыбнулась.

— Так, что я хочу тебя раздеть прямо здесь и насадить на свой член.

— Ты стал таким же пошлым, как и Влад. Нахватался у него всего этого.

— Кто это был?

— Никто.

— Он смотрел иначе, чем никто.

— Не заметила.

— Знаешь что? — Герман берет Полину пальцами за щеки, в его любимой манере. — Если я еще раз увижу рядом с тобой мужика с таким взглядом, которым он смотрит на мою женщину, это будет последнее, что он увидит.

— Ты ревнуешь?

Полина кажется перестала дышать, она хотела знать ответ, она хотела услышать именно определенный ответ от него. Она хотела, чтобы он ревновал, чтобы он любил ее.

— Безумно, девочка.

Поцелуй на глазах у всех.

Жадный. Болезненный. Но такой необходимый им обоим.

— Герман, постой, тут люди.

— Плевать."

"— Постой, — Полина сама с трудом отрывается от его губ, упирается ладонями в его грудь, понимает, что возбуждается, что хочет его сама, хотя доктор сказал ограничить количество секса. Но как его можно ограничить, если грудь так болезненно ноет, а трусики уже мокрые. — Поехали быстрее домой, хочу тебя.

Герман смотрит глазами, полными голода, на Полину, не стоило вот так прилюдно целовать ее, это совершенно на него не похоже, но когда рядом оказался тот тип, думал, что разобьет ему лицо прямо на глазах у всех.

Полина такая безумно красивая, на щеках румянец, волосы волнами до плеч, пухлые губы, животик так отчетливо выпирает. Еще два месяца и родится сын. Его сын. Разве мог он думать о детях раньше? Эта девочка изменила их с Соболем жизнь, наполнила ее смыслом. И любой, кто встанет между ними, будет наказан.

— Моя девочка. Моя хорошая девочка.

Он хотел добавить: “Моя любимая девочка”. Но так и не сказал этого.

ЧАСТЬ 15

Полина проснулась от удара, малыш снова буянил и не давал спать. Резко открыла глаза, вокруг было темно, погладила живот.

— Тихо-тихо, маленький.

Справа спал Герман, он все-таки пришел ночью, она слышала и чувствовала, обнял ее, прижал к себе. Но та часть кровати, где обычно спит Влад, была пуста. Они поругались вчера в первый раз, Полина сказала, что не хочет их видеть и слышать.