2
0
Оперативная группа в полном составе. В сломавшейся машине.
— Не подготовил технику к длительной поездке, — заявил Гена Казначеев. — Будут оргвыводы. Расстреляем саботажника в воспитательных целях, товарищ капитан? Или простим на первый раз?
— Это не первый раз, — произнес Левторович напевным, почти ласковым голосом.
— Да пошли вы!.. Сказал же, все исправлю, — проворчал Пустовой, вывалился из машины, выудил из-под сиденья ржавый ящик с инструментами и поднял крышку капота.
Над «газиком» тут же поднялось густое облако табачного дыма.
День разгорался вполне приличный.
Пустовой забрался в двигатель, гремел железом, издавал невнятные, но в целом оптимистичные кряки."
"Пока его подчиненные с наслаждением курили, Алексей осматривался. Мост был рядом. Его охраняло отделение красноармейцев. Пулеметное гнездо у въезда на мост, еще одно — на выезде. Автоматчики бродили по настилу, глазели по сторонам.
Переправа активно работала. Из леса, расположенного на востоке, выехали два «студебеккера». Они тащили на жесткой сцепке пушки.
Автоматчики одобрительно провожали ее глазами. Кашляли в зловонном чаде пассажиры «газика». Казначеев мрачно пошутил про забытый противогаз, который стащил со склада. «Студебеккеры» одолели мост, въехали на горку, обросшую свежей весенней травкой, и растворились в разреженном лесу.
Потом объявилась рота солдат. Они в колонну по два выходили из леса, спускались к переправе. Парни молодые, но уже обстрелянные, небритые, в пропыленном обмундировании.
Грузового транспорта в Красной армии не хватало. Многие части отправлялись к фронту пешком.
Люди топали мимо, безразлично косились на застрявший внедорожник, на праздно курящих людей в офицерской форме. Командир покрикивал на своих солдат, призывал их шире ставить ноги. Пехота спешила к месту дислокации. Замыкали колонну санинструктор с двумя заплечными сумками и пулеметчики, тянущие за собой «Максимы». Рота протопала по мосту и втянулась в лес.
На мосту стучали молотки, визжали пилы. Под присмотром автоматчиков работяги из соседней деревни чинили разбитые перила. Мужики были какие-то снулые, небритые, не первой свежести и молодости. Они двигались как сонные мухи.
— Ленивый народ, — совершенно верно подметил Левторович. — Без огонька работают.
— А что ты хочешь? — буркнул Казначеев. — Вчера был День международной солидарности трудящихся. Они явно не ударным трудом его отмечали.
Офицеры усмехнулись, опасливо глянули в затылок командиру.
