Очень большой лес

Пленников они почему-то загнали в тесный трюм катера и тешились тем, что издевались над ними, не давая есть, и по очереди насиловали женщин экспедиции, отводя их в кусты.

Рэдклиф, в общем-то не будучи поборником морали и везде находивший исполнительниц своих желаний, вынужден был сделать замечание казембе, чтобы африканцы не трогали русских. За них повстанцам было заплачено отдельно, и они должны были быть доставленными в распоряжение командования ССО целыми и невредимыми. Возможно, готовился какой-то обмен с русскими, в последнее время начавшими успешно задерживать за рубежом американских граждан, обвиняя их в нанесении ущерба России.

Точно так же, как это делали американские спецслужбы на протяжении полусотни лет. Но эта догадка недолго занимала мысли лейтенанта, привыкшего без колебаний выполнять приказы командования. Внезапный переход в мир с иным порядком вещей заставил и его переосмыслить действия ССО и напрячь усилия для того, чтобы не свихнуться и не удариться в панику.

События, происшедшие на третий день после «сброса в экзореальность», произвели на пилотов «Киовы» впечатление взорвавшейся бомбы.

Они вдруг осознали, что мир вокруг не так безобиден, как показалось вначале, что здесь есть другие обитатели, кроме мелких животных, с азартом расстреливаемых африканцами, и эти обитатели вовсе не настроены мирно смотреть на бандитское поведение «переселенцев». Кто-то из них явно помог бежать троим пленникам, как раз тем самым русским, за головы которых и было заплачено."

"Догнать сбежавших по горячим следам не удалось. Тот, кто помог им, а это был профессионал высокого класса, судя по тому, как он действовал и расправился с повстанцем, игравшим роль повара, хорошо знал местность и увёл беглецов куда-то за пределы обследованной неграми территории.

Вернувшиеся из погони повстанцы были злы и выместили свою злобу на пленниках, устроив допрос и избив всех, в том числе женщин. Русскую, отставшую от группы беглецов, они вообще избили до полусмерти. Спасло её только вмешательство Рэдклифа, угрюмо предъявившего «генералу» права на пленницу.

Гигант поколебался немного, но просьбе уступил, заметив:

– Зарубите себе на носу, лейтенант: здесь я командую! И пленники все мои! Ещё раз сунете нос не в свои дела – пожалеете!

Рэдклиф вспылил.

Гиганта он не боялся, пройдя хорошую подготовку в рядах «морских котиков», и, наверно, в открытом бою справился бы с ним, но африканцев было больше – чёртова дюжина, все вооружены, и для каждого из них убить противника было что раз плюнуть. И всё же Рэдклиф считал, что его положение выше «генеральского».

– Не будь гориллой, казембе! – сказал он, демонстративно берясь за рукоять штатного Р‐226. – Ни ты, ни твои люди не умеют пилотировать «вертушку». Это первое.