2
0– Я не терминатор! И вообще давай-ка задержимся ещё на полчаса.
– Зачем?
– Во‐первых, твой друг умолял взять кое-какую научную аппаратуру: полевые анализаторы, магнитометры, счётчики частиц.
– Возьмём.
– Во‐вторых, я думаю, надо для подстраховки и разведки обстановки послать перед вами ещё дрон. Если он ничего опасного не обнаружит, тогда и вы стартуете.
Савельев посмотрел на свинцово‐серое, в чёрных кляксах небо Баира, помолчал, прокачивая собственные сомнения – стоит ли перестраховываться при дефиците времени, и кивнул.
– Добро, запускайте. Мы подождём в кабине.
– Какую записку? – не понял Плащинин.
– Предупреждение, чтобы нас ждали. Положить записку в какой-нибудь контейнер, дрон его сбросит, и люди получат программу действий. Дадим им на сборы полчаса.
– Ты гений, полковник! – сжал руку Савельева генерал. – Что значит: одна голова – хорошо, а две…
– Мутант, – рассмеялся Савельев.
Плащинин пропустил шутку мимо ушей.
– Но полчаса мало. Пока они обнаружат дрон, пока найдут записку, пока соберутся…
– В крайнем случае час, мы и так висим на секундах, ожидая обрыва иномерианы.
Плащинин убежал.
– Сергей Макарович, – сказал приблизившийся Спицын, – нам тоже могут пригодиться дроны. Я бы взял пару штук.
– Займись, – кивнул Сергей Макарович.
Подскочил возбуждённый Карапетян.
– Серёжа, мне бы с вами надо!
– Генерал уже огласил состав группы.
– Надо будет в кабине вертолёта включить аппаратуру…
– Включим, не беспокойся. А лучше, если бы ты включил приборы сам, пусть работают всё время.
– Правильно!
– Тащи свои приборы, залезай в кабину, объясни всё Барышникову.
Карапетян умчался под навес.
Дождь совсем перестал, посветлело…
Глава 30
Экстремальный оптимизм
Обратно летели, что называется, со свистом.
Максим не мог знать точные данные о скорости аэробайка, не имевшего ни спидометра, ни каких-либо приборов, но по проплывающему внизу ландшафту прикинул, что аппарат достиг не менее шестисот километров в час. Дальнейшее увеличение скорости грозило непредвиденными последствиями (попавшаяся воздушная яма могла просто сбросить седоков с седла, а парашютов у них не было), и майор перестал «давить на газ», пообещав себе определить скоростные пределы инопланетного аэромотоцикла позже.
От жуткой опухоли чёрного леса до лагеря боевиков в излучине реки они долетели всего минут за двадцать.
Максим завис над катером на высоте одного километра, на всякий случай взялся за винтовку, помня об отпущенном на волю африканце, но жизнь в лагере выглядела мирной, и он расслабился.
– Садимся.
– А бандиты? – спросила Вероника, жадно разглядывая пейзаж под аэробайком.
– Ушли в мир иной, – пошутил он.
– В какой?! – не поняла девушка.
