2
0Что бы её нм ждало в будущем, и как бы она потом ни раскаивалась, Ира не могла спокойно смотреть на боль чужого человека.
Дмитрию было больно. В этом сомневаться не приходилось.
— Дим…
Она подалась вперед, встав на колени.
— Я… не помню. Не помню… Опять нихрена не помню… Только ты, Ириш! Только ты.
Она забыла, каким быстрым, молниеносным он может быть.
Мгновение — и всё меняется в очередной раз.
Он опрокинул её на подушку. Сам — сверху.
С безумными глазами, в которых Ирина увидела своё отражение.
И больше ничего.
Зрачки увеличились.
Даже она, не имеющая минимальное познание в медицине, поняла: вот они, последствия отката. То, что беспокоило ребят. И то, что должно прекратиться. Но ещё никак не прекращалось.
— Ты слышишь меня, девочка? — его пальцы коснулись её щеки, скользнули к подбородку. — Моя девочка…
Ирина снова оказалась распластанной. Вес мужчины надежно удерживал её, не позволяя выбраться.
Но она и не дергалась.
У неё включился режим самозащиты. В глубине души она знала, что рано или поздно Дмитрий снова опрокинет её, а сам нависнет сверху. Что не оставит он её в покое. И его недавние слова были тому подтверждением.
Возможно, другая на её месте обрадовалась бы. Подцепила такого мужчину! Привлекла к себе внимание! Живи, радуйся, строй жизнь дальше.
А она не могла! Вот так…
Если раньше Дмитрий вызывал у неё противоречивые эмоции: от смешанной симпатии, желания помочь, некой затаенной радости, до полного желания прекратить любые отношения, то теперь Ира хотела лишь одного — попасть домой живой. Главное — живой. С остальным справится. Со всем.
И если для того, чтобы выбраться из этого чертового дома, где она пребывала в качестве заложницы, ей надо будет переспать с зарвавшимся мудаком, она это сделает.
Ира решилась.
Она смотрела в серые холодные глаза, и ей казалось, что у неё кровь покрывается льдом. Даже сильнейшие симпатии готовы разрушиться от принуждения. Когда и без того непростую жизнь усложняют, не оставляя выбора.
Появляются те, кто считается себя вправе. Вправе похищать девушек. Запирать их. Подкладывать под других мужчин.
И всё потому, что за ними сила. Влияние семьи, родни, денег. Свои собственные связи.
Им можно всё. Реально всё. Это те люди, противостоять которым могут только такие же, как они сами.
Ира к ним не относилась.
Она просто пылинка, что попалась на их пути…
Ирина не обманывалась, с настороженностью относилась к словам Дмитрия. Упорно продолжала называть его полным именем. Не Димой… Мысленно — ни в коем случае. Не дождется!
Только Дмитрий.
И точка.
Его ласковые слова, его шепот, его якобы симпатия, не обманывали её.
В её мире симпатию выражают иначе. Не загоняют в угол, не давят. Не заставляют завтракать в трусах.
Поэтому…
Ирина протяжно выдохнула.
Решено.
