2
0
Ирина притихла.
Вот тебе и пробуждение.
— Иван!
На этот раз удар был куда как сильнее. Ирина вздрогнула. Теперь понятно, откуда у Дмитрия синяки и сбитые костяшки. Только ей от понимания этого не легче. Выглядел мужчина хуже, чем вчера. Всё так же полуобнажен, он упирался лбом в дверь, по которой и дубасил, не замечая, что Ирина проснулась.
А ведь спала она хорошо. Крепко. Казалось бы, должно быть наоборот. С недругом в постели… Ирина ничего не помнила, провалилась в сновидение. Измученный тревогами, страхами организм решил дать ей небольшую передышку.
Ирина, стараясь не шуметь, подтянула ноги и одеяло к груди. Защита — так себе, но всё же лучше, чем ничего.
— Открой! Выпусти её, черт побери! Выпусти! Ты же… Убью гада…
Ирину накрыло.
Получается, Дмитрий не хочет, чтобы она находилась с ним в комнате…
Переживает?
Опасается за неё?
Господи…
Она готова была разрыдаться. Что это за люди? Зачем они вообще приехали в их довольно тихий городок? Каким недобрым ветром их сюда занесло?
— Дим, — оклик сорвался с губ девушки самопроизвольно.
У сталкера руки окрасились в кровавый цвет.
Черт!
Мужчина, услышав, что его зовут, напрягся, а потом повернул голову в её сторону.
Посмотрел.
И его взгляд ничего хорошего Ирине не сулил.
— Привет, — она задышала глубже, убеждая себя, что всё не так плохо. Что не так плохо, она сказать не могла, но очень хотела в это верить.
— Ир…
Он уперся рукой в дверь. Дышал тоже тяжело.
— Дим, хватит. Не стучи. Посмотри, что у тебя с руками.
Она вспомнила, как он ей обрабатывал её раны.
Может быть, если бы она ему и уступила, сейчас не оказалась бы в столь ужасной ситуации. Получил бы он своё и успокоился бы. Забыл её и её адрес.
Откровенно говоря, в такой исход событий верилось с трудом. Дмитрий Коваль ей напоминал одержимого. Она никогда не сталкивалась ни с чем подобным, возникла ассоциация.
Мужчина молча смотрел на неё. Лицо нахмурено, глаза прищурены. Губы плотно сжаты.
Он весь выглядел, как натянутая струна. Внутри него происходила борьба. Она это видела. И вроде бы должна была радоваться, что он сопротивляется тому, что его ломает. Хотя этот человек меньше всего подходил под определение сломленного.
— Тебе надо позавтракать."
"После этих слов дурно стало и Ирине. В глазах защипало, пришлось моргнуть, чтобы слезы не потекли по щекам. Уловка не сработала, легче не стало.
Как такое возможно…
Люди, объясните!
Пожалуйста…
Человек проявляет о ней заботу. Это не наигранно. Это… По-настоящему.
И почему-то от проявления этой заботы внутри скручивало таким тугим узлом, что при желании его не развязать, не перерезать. Какая молодая девушка не мечтает, чтобы о ней заботились? Особенно при сегодняшней жизни, где всё непросто, где каждый день подкидывает новые заботы и тревоги.
