Ночь Огня

Комната расплылась у меня перед глазами. Да уж, метко сказано. Отец умел все вокруг превратить в тьму и ад.

– Я была сущим ребенком. – Она подошла ближе. – До восемнадцати лет не умела ездить на велосипеде. Шредер научил меня. Меня всегда чрезмерно оберегали. – Слезы текли по ее лицу, наверняка Кристиана вспоминала о девочке-подростке, которая была даже моложе, чем Рика в те времена, когда я терроризировал ее.

Бэнкс, Уинтер, Эм, Рика. Они, несомненно, пережили бы то, через что прошла Кристиана, но… у них остались бы раны. Глубокие – душевные и телесные.

При одной мысли об этом меня скрутило от злости.

– Рика очень долго чувствовала себя одинокой, – пробормотала Кристиана. – Тихая, кроткая, она всегда прижималась носом к стеклу, пытаясь заглянуть в мир, в который ждала приглашения войти. У нее не было голоса: я не дала его Рике.

Точно.

– Годы сменяли друг друга, – продолжала она, – и любой момент протрезвления, как нож, вонзался в мой мозг. Я не могла выносить этот кошмар. Мне было невыносимо вспоминать тебя. Я ощущала себя слабой.

Я знал, каково ей. В доказательство у меня остались шрамы. Кристиана использовала таблетки. Я прибегал к бритвенным лезвиям.

Но я не считал это слабостью. Таков мой способ справиться с ситуацией. Я же должен что-то делать.

– Но она тем не менее нашла свой путь, правда? – спросила Кристиана и продолжила, не дожидаясь ответа: – Майкл, Кай Мори, Уилл Грэйсон… ты. Я должна была знать, что жизнь найдет способ позаботиться о ней. Мне следовало догадаться, что вы найдете друг друга. – Нежная улыбка промелькнула на ее губах. – Теперь Рика разговаривает так, словно за ее спиной стоят десять тысяч солдат. Благодаря тебе. Не мне.

Рика поняла, кем не хочет становиться, ежедневно воочию наблюдая, как выглядит потраченная впустую жизнь, – точно так же, как и мы с Бэнкс когда-то.

– И ты счастлив, – добавила Кристиана. – Благодаря Уинтер. Не мне.

Значит, Кристиана осознала, чему ей надо было научить детей – которые невольно оказались мудрее ее, – тому, что каждый человек и есть хозяин своего счастья.

– Но я признательна судьбе: ведь уроки, которые Рика усвоила, не обошлись ей слишком дорого, – сказала Кристиана, приближаясь ко мне. – И я всегда буду сожалеть, что тебе сильно досталось. – Теперь и ее подбородок задрожал. – Прости меня. Боже, как бы я хотела вернуться в прошлое! Я бы изменилась! Все бы сделала по-другому, даже если бы он потом убил меня!

Я наконец сглотнул ком в горле, голова раскалывалась от попыток сдержать слезы.

Да, он убил бы ее. Наверное, ей стоило сопротивляться. Или хоть что-то предпринять.