Ночь Огня

Я обернулся и обнаружил, что Кристиана споткнулась, пытаясь танцевать с Мэтью, жалкие манеры которого казались просто невероятными, впрочем, как и поведение его сына. Я имею в виду, о чем она думала, выходя замуж за Мэтью? Он едва находил смелость сказать что-нибудь. Он – молчун. Она – молчунья. Им бы почаще закатывать у себя дома вечеринки. Как они договариваются о том, чтобы заняться сексом? Через эсэмэски?

Я невольно представил, как они трахаются, и с трудом сдержал рычание.

– Где они? – требовательно спросила Октавия.

Я моргнул и переключился на дочь.

– Где что?

– Мои сокровища."

"– Ты должна их найти, – ответил я. – И побороться за них. Ничто не достается просто так.

Она скорчила недовольную рожицу, и я чуть не рассмеялся. Я хотел, чтобы дочка не боялась мечтать, но в нашем случае мечтать опасно. Жизнь никогда не складывается так, как ты хочешь. Это будет труднее, чем она думала, и Октавия много раз потерпит неудачу, прежде чем выиграет.

Ей еще предстоит выучить урок.

Дело не в борьбе, а в соблазне, от которого всегда можно отказаться.

Думаю, Октавии не помешало бы немного попрактиковаться.

Я прекратил танец и вынул из нагрудного кармана заранее приготовленный свернутый в трубочку лист бумаги.

– Я подозревал, что ты будешь дуться.

Крохотными пальчиками с облезшим черным лаком на ногтях Октавия взяла лист бумаги, развернула его и принялась рассматривать.

– Карта сокровищ! – ахнула она.

– Сокровище спрятано где-то в доме. Над нами. – Я вздернул к потолку указательный палец.

Малышка обвела взглядом зал, затем откинула голову и уставилась на перила темной галереи на втором этаже.

– Мне можно взять помощника? – спросила она.

Второй этаж казался пустым, но мы знали, кто там прячется, и я понял, кого Октавия имела в виду.

– Угу, давай, – кивнул я.

Я написал кое-какие слова на карте: Октавии в любом случае потребуется, чтобы их прочитали.

Октавия бросилась бежать, но врезалась в кого-то. Я собрался подхватить ее, но этот человек меня опередил. Он взял ее за плечи и помог удержаться на ногах, после чего выпрямился.

На моих глазах мужчина в плаще и полностью закрывающей лицо белой маске отступил назад, посмотрел на мою дочь и театрально поклонился.

– Миледи, – произнес он.

– Извините, – прощебетала Октавия и устремилась к лестнице на поиски кузена.

Я усмехнулся, кивнув мужчине, когда тот прошел мимо, и мысленно поблагодарил дочку за то, что ей хватило вежливости извиниться за неосторожность.

Обратив внимание на плащ, я решил еще раз повнимательнее рассмотреть незнакомца. Слегка вычурно одет, но это его дело.

Потом я поднял взгляд и заметил тень, скользнувшую по потолку: Тави уже мчалась по галерее.