5
0Там чем дальше, тем хуже.
– Здесь тоже не лучше, – усмехнулся я. – У тебя как с испанским?
– Свободно.
– Это хорошо, это важно.
Это даже замечательно. Но я до сих пор не могу придумать работу для него. Человек должен зарабатывать на жизнь, и при этом у него должно оставаться время на то, что мы будем делать сейчас. Я – босс, мне проще, с Патриком будет сложнее. Впрочем, ладно, я могу себе позволить платить ему пока… пока это все не закончится. А дальше посмотрим, придумаем что-нибудь.
– Тебя уговорил переехать О'Мэлли?
– Да, он. Я просто почувствовал, что в пограничной охране уже не могу сделать чего-то по-настоящему полезного. Мы там больше гонялись за нелегалами, а нелегалы – это на девяносто пять процентов люди, готовые работать круглосуточно, просто работы дома у них нет. Когда ты ловишь очередную их партию, то, кроме сочувствия, ничего не испытываешь. И при этом тебе кажется, что ты пытаешься вычерпать море ложкой. Или пальцами заткнуть дыру в плотине."
"Это да, это верно, поток нелегалов через границу идет бесконечный, как ее ни укрепляют. В Аризоне нелегальное пребывание сделали преступлением, как правозащитники ни протестовали, в результате большая часть потока сейчас перекинулась на Нью-Мексико и Техас.
– А здесь, с нами?
– Если я здесь для того, чтобы искать тех же, кто убил брата… я думаю, что я смогу помочь этому миру очень сильно. А для меня это важно.
– До этого служил в «маринз»?
– Восемь лет. Провел два года в «песочнице», в Афганистан не попал. Там увидел, что люди могут делать друг с другом.
Да, война учит немного по-другому смотреть на многое. В частности, на рамки допустимого и кто где себе их устанавливает.
– Ты когда готов приступать к делу?
– Хоть сейчас, – пожал он плечами. – Есть уже для меня работа?
– Работы у нас много. Для начала тебе придется пожить несколько дней в отеле в Сидоне, не удаляясь от конкретного места вообще. Будет скучно, это я гарантирую.
– Как-нибудь выдержу.
– Тогда поехали, – махнул я рукой, – покажу тебе наш офис и познакомлю с людьми. И связь установим, она у нас… многоканальная, иначе и не скажешь.
– Сейчас, накину что-нибудь. – Патрик отставил бутылку, поднялся из кресла и ушел в трейлер.
Интересно, как оденется? Это тоже многое говорит о человеке.
Оделся правильно. Когда Патрик вышел, на нем была просторная майка, светлые джинсы, легкие туфли с парусиновым светлым верхом. Ни внимания такая одежда не привлекает, ни помех не создает. И на туриста не похож, туристы в шортах все больше, а турист привлекает не всегда здоровое внимание.
– Оружие?
Он приподнял майку, и я увидел рукоятку «глока», торчащую из запоясной кобуры.
– Достаточно? – ухмыльнулся он.
– Пока достаточно. Есть что-то еще?
– Есть «AR15» и дробовик. И «двадцать второй».
