Невольник мести (= Инстинкт бойца)

Тимаев участвовал в Абхазском конфликте, занимался похищениями людей, убийствами российских военных. Преподавал методы (предпочитал называть их заумно – сикурсы) ведения партизанской войны.

Третью казарму занимал «Исрапил-лагерь». Командовал им Исрапил Шагаев. Родился в 1959 году в Урус-Мартане. Бывший майор Таманской дивизии, профессионал-подрывник, обучал курсантов искусству подрывного дела. Участник казней российских военнослужащих.

Четвертая казарма называлась «Масуд-лагерь». Руководивший им Иса (Масуд) Хамурзинов входил в состав Абхазского батальона, участвовал в боевых действиях.

Готовил в своем лагере смертников. Специалист широкого профиля. 34 года. Родился в Гудермесе. Ранее был судим по статье 206, часть 2, – хулиганство.

Внутри казарм мало что изменилось. Койки двухъярусные. Но «пальмы» пустовали, спали курсанты – обычное их количество составляло пятьдесят-шестьдесят человек – на нижних ярусах."

"В здании комендантской роты размещался «Джафаль-лагерь». Наставник – пакистанский наемник Джафаль Мустафа. Родился в 1961 году. Поданным спецслужб, знаком с Усама бен Ладеном.

В школе готовил профессионалов психологической и идеологической пропаганды. Непременный участник казни заложников. Именно с ним сотрудничал генерал-майор Зубахин.

Комрота находилась на одной линии с «Ахмед-лагерем» и отстояла от здания столовой на сто с небольшим метров.

Вся территория учебного центра была огорожена забором, поверх которого шел двойной ряд колючей проволоки, по одному из них был пущен ток высокого напряжения. Электричество вырабатывали несколько дизельных электроустановок.

Одна работала на столовую, другая на ограждение и ночное освещение периметра, третья на освещение казарменных помещений.

Подступы к базе практически не охранялись, зато внутри по периметру караульная служба была поставлена на должном уровне. Усиленной охране подвергались штаб, мечеть, склады.

В трех километрах южнее школы расположился небольшой аэродром – бетонированная и переоборудованная учебная трасса автобатальона. В громадном автобоксе предприниматель Адам Хуциев расширил ворота и приспособил его под ангар, в котором находился единственный самолет «Як-40».

Этот борт 1976 года выпуска, переоборудованный под десантный вариант (выброска через люк в хвосте самолета) Саратовским авиационным заводом, имел просроченный сертификат летной годности. Но полеты производились нечасто и на малые расстояния, так что борт был в полном порядке. Экипаж самолета состоял из командира Адама Хуциева, выпускника Липецкого авиацентра, и бортмеханика Хусейна Гиева – оба азербайджанцы. Второго пилота не было.