3
0Пожалуй, Мишустин был единственным человеком, которому оперативник доверял полностью. Об их связке был осведомлен и полковник Эйдинов – из бесед с подчиненным и из тех же обязательных рапортов, касающихся работы: что, где, откуда.
– Из машины звонил, по мобильному, – скорее по привычке все отрицать ответил Петров.
– Отлично, – одобрил Сергей и приемом джиу-джитсу выкрутил майору руку. Затем освободил его от тяжести пистолета и, не отпуская его руки и причиняя боль, вошел с ним в комнату. Швырнув оперативника в кресло и ничего не объясняя, Марковцев пододвинул к гостю журнальный столик, на котором лежали лист бумаги и ручка.
– Что это значит, Сергей? – Сказать, что Петров был напуган, значило ничего не сказать. Его вытянутое лицо приобрело землистый окрас, голос вибрировал.
– Пиши признание, – потребовал Марк.
– Какое?
– Что ты предал «фирму» и рассказал мне, агенту ГРУ, секретные детали операции. Теперь я в курсе ваших провокационных планов и обязательно поставлю вашу «империю» под удар.
Петров быстро приходил в себя, Сергей отдал должное его ровно зазвучавшему голосу:
– Ты сказал – агенту ГРУ?
– Да.
После недолгого раздумья Петров понял, что это не блеф. Эйдинов сто раз твердил о нереальности перехода Марковцева на сторону чеченских боевиков, а про более короткий переход на станцию метро «Полежаевская» не подумал. Хотя нет, думал, но всякий раз успокаивался, наверное, тем, что детали операции держатся в строжайшем секрете.
– Допустим, я напишу, – прервал молчание гость.
– Обязательно напишешь, – пообещал Марк.
– Только этой бумажке никто не поверит, – продолжил опер. – Тебе эта сука Скворцова все рассказала?
– Да, сука Скворцова.
– Ах вон оно что! – Петров скривил губы. – Тогда ее грохнут, Сережа, обязательно грохнут. Потому что в нашем отделе слепых нет: вы с ней даже в коридорах тискаетесь. А с тобой я вообще никаких отношений не поддерживал. С чего бы это вдруг мне приспичило раскрыть перед тобой карты?
– Ты много навертел, Толик. Я приставил к твоему виску пистолет, и ты рассказал мне все. Куда уж проще. А вот за суку я тебя представлю настоящим предателем.
– Нет, Серый, наши графологи с полвзгляда установят, что писал я под диктовку и под давлением.
– Или в возбужденном состоянии. А это не одно и тоже. Зато голос у тебя был ровным, когда ты звонил мне. По нему никак не скажешь, что во время разговора с моим автоответчиком ты онанировал. – Марк запустил пленку.
«Сергей, как ты и просил, я все узнал. Он похоронен...»
Дальше Петров слушал с нарастающим беспокойством. Но Марк остановил пленку в том месте, где прозвучало конкретное имя.
– С этого места пленка будет чистой.
