Невинная для Лютого. Искупление

— Лина, — закатил глаза Григорий. — Ты легко получишь развод, да и муж-преступник плохо действует на твой бизнес. Это бросает тень и на мой… То есть, отца. И мы оба считаем, что так будет лучше.

Я отпила глоток воды и посмотрела в голубые глаза Григория:

— Я до сих пор не понимаю, почему ты так сильно желаешь этого брака. Несколько месяцев назад, когда я была глупой наивной девственницей, то устраивала вас как невеста. Теперь же…

— Ты стала настоящей женщиной, — сверкнул он взглядом, и по моей спине побежали мурашки. — Стала бизнес-леди. Да, признаю, сначала брак с тобой отец планировал для захвата бизнеса твоего отца. А сама ты превосходно подходила для того, чтобы исполнить роль…

Он замялся, и я подсказала:

— Инкубатора. Я помню, как меня проверяли на девственность. — Опустила взгляд на свой живот. — Но сейчас это не актуально."

"— Да мне и не нужно, — отмахнулся Гриша. — Наследника требовал отец, а меня и так всё устраивает. Ты не будешь лезть в мои дела, я в твои… Усынови хоть целый приют! Лина, твоя хватка и мои деньги покорят не только этот город, мы сможем держать в руках страну! Сейчас, когда Чехов в тюрьме, никто не посмеет поднять головы…

— Ты говоришь не о моём бизнесе, — перебила я. — Моя стезя — благотворительность. Так что, если хочешь держать поводья натянутыми, женись на моём отце.

— Опять твои шуточки, — скривился он. — Лина, ты наследница бизнеса, рано или поздно он перейдёт к тебе. Нам необходимо создать плодотворный союз, каким он был у наших отцов.

— Союз? — усмехнулась я. — Носов угрожал, шантажировал и каждый день пытался подмять моего отца. Это ты называешь плодотворным сотрудничеством?

— Он так со всеми вёл дела, — отмахнулся Григорий. — И лишь Кирсанов выстоял. Сумел сохранить свой бизнес. Не это ли повод продолжить их дело? Давай поженимся, и Чехов удавится в своей камере, узнав, что все его манипуляции оказались напрасными! Он окончательно проиграет отцу…

— Чех проиграет Носову? — Я старалась не выдавать своего интереса, делала вид, что лишь поддерживаю беседу. — Так эта партия была между ними? А мы лишь пешки?

— Отец и Чех — старые враги, — безразлично проронил Григорий и улыбнулся. — Лина, папе всё хуже. Вскоре я встану во главе компании. Будь моей королевой.

— Похоже, ты не доверяешь моему отцу, — усмехнулась я. — Боишься, что он обведёт тебя вокруг пальца и оставит ни с чем? Я тебе нужна, как гарантия его верности?

— Доверие опирается на тайны, — намекнул Григорий. — Мне известны твои, ты знаешь мои. Такой союз крепче, чем те, что основаны на чувствах или общих детях.

Я смотрела на Григория и понимала, что намекает он на наших родителей.