6
0— По расписанию, у вас, леди Маргарет, сон, а у мадам Пэгги и вовсе процедуры, — посмотрела она в листок с записями.
Я растерянно захлопала глазами, не веря, что вот так и закончится разговор. К моему удивлению, Марк и Адриан спокойно встали, кажется, я одна была не готова уходить.
Я так ждала, что Пэгги проснется. Мне многое нужно было рассказать любимой нянюшке и так многое спросить у Маргарет.
— Эли, мы завтра поговорим, — сказала Пэгги, словно прочитала мои мысли. Она легко улыбнулась, а я не выдержала и сделала шаг вперед, наклонилась и обняла любимую нянюшку.
— Я очень переживала за тебя, — сказала честно, и Пэгги погладила меня по спине.
— Все в порядке, Эли, теперь все будет хорошо, — добавила она.
И я, кажется, еще больше осознала, как сильно мне повезло, что этот год Пэгги была рядом.
— Леди Элеонора, больной нужен покой, после потери магии сложно восстановиться.
Я кивнула целительнице. А после быстро обняла Маргарет. Младшая сестра этого не ожидала.
— Я очень вас люблю, — напомнила я.
— И мы тебя, — ответила Маргарет с улыбкой, в ее глазах заблестели слезы.
И только целительница стояла и смотрела на меня с хмурым лицом. Пришлось уступить, поэтому я вышла из палаты.
— Им нужен отдых, — сказал Адриан, кинув на меня обеспокоенный взгляд.
Я знала это и кивнула. Тяжело уходить, когда так много нужно сказать. Но это такие глупости. Самое главное, что все в порядке. Маргарет, Пэгги и Адриан — моя семья. И теперь я была уверена, что все обязательно будет хорошо.
29
Всю дорогу обратно Марк расспрашивал меня о Фабии. И это неудивительно, ведь после рассказа Маргарет тетушка таки заняла почетное первое место среди подозреваемых.
Подслушанные обрывки разговора Маргарет дали понять, что Фабии был нужен дом моих родителей. Я предполагала, что на отчаянные меры она решилась из-за денежной нужды. Ведь, по словам младшей сестры, она слишком быстро истратила наше наследство. Хотя я не могла поверить, что за такой непродолжительный срок она смогла размотать состояние, которое считалось весьма солидным даже среди зажиточных аристократов.
— У нее могут быть какие-то скрытые мотивы? — задал вопрос Марк. — Возможно, месть? Ненависть? Или она так обнищала, что ее волнуют только финансовые проблемы?
Я не могла ответить на этот вопрос, только пожала плечами.
— Матушка мало общалась с ней, — вспомнила я. — Визиты Фабии были редкими, и я даже не могу сказать, в каких они были отношениях. Возможно, они не ладили. Ведь за все годы мы визит к ней не нанесли ни разу. Да и Фабия обычно приезжала не ради встречи с нами, а ради дел в столице.
— Какие у нее могли здесь быть дела? — задал еще один вопрос Марк, делая пометки на полях записной книжки.
— Если бы я знала, — сказала со вздохом.
Марк снова опустил голову в записи.
