6
0
Соседи беззастенчиво тыкали пальцами, нас перестали приглашать даже на самые незначительные мероприятия. Отец же не терял надежды, он уехал на несколько дней из столицы, к своему старому, но знатному приятелю. Его звали Гордон Тармс. Он обещал помочь.
Не знаю как, но его влияния хватило. Газеты стали потихоньку стихать. Казалось, что скоро все войдет в норму.
Отец обещал, что не оставит этого и Ларсонам придется принести нам извинения. Он был уверен, что все наладится. Возможно он и был прав, но узнать нам этого не довелось.
Родители умерли. Я осталась одна. А дальнейшая моя история известна. Без денег, опороченная и никому ненужная.
За год казалось все эмоции исчезли. С самой свадьбы мы не встречались.
Должно быть поэтому неожиданная встреча всколыхнула все. Я больше не чувствовала к Эндрю любви, возможно я его никогда и не любила. Как можно любить того, кого совсем не знаешь.
Но я его однозначно ненавидела. И вместе с ненавистью, во мне все отдавалось болью и воспоминаниями, которые я мечтала забыть.
Про родителей, про проблемы, которые я навлекла на нашу семью. Дело было даже не в Эндрю, дело было во мне.
Будь я умнее обсудила бы все с Эндрю еще на свадьбе, разошлись бы по-тихому. Больше Эндрю я ненавидела себя, понимая, что все проблемы нашей семьи, это моя вина. И этот груз вины навсегда останется на мне.
Глава 21.2
Адриан
Плохой день. Все мои планы были нарушены, а контроль над ситуацией полностью утерян. А виной тому были три женщины."
"Все началось с Элеоноры, на ней не было лица всю дорогу. Но она не пожелала назвать мне причину своего плохого настроения. Леди Фокс сослалась на головные боли, но стоило выйти из кареты побежала в дом с такой скоростью, что я не угнался за ней даже будучи здоровым.
Второй женщиной, испортившей сегодняшний день, стала Пэгги.
— Что случилось? — спросила она, когда я вошел в след за Элеонорой. К слову леди и по лестнице проскакала словно горная лань. И как можно так быстро бегать с головными болями?
— Я не знаю, она сказала, что у нее болит голова, — дернул я плечами пытаясь стряхнуть напряжение. Может у меня и не было чувств, но даже я понимал, что Элеонора соврала и это вызывало во мне гнев.
Ее ложь портила все, как можно контролировать то, чего не знаешь? Я не смогу взять ситуацию в свои руки, пока эта ложь не вскроется.
И вместо того, чтобы как полагает женщине понять, Пэгги тут же поспешила наброситься на меня с обвинениями.
— Может вы ее обидели? — спросила она ее голубые глаза потемнел от гнева, а маленькие кулачки сжались.
— Нет, — более чем уверенно ответил я и развернулся обратно к выходу. Я должен был узнать, что случилось. И раз сама леди Фокс не желает мне в этом признаваться, значит я узнаю это у того, кто был свидетелем смены ее настроения.
