Неприкаянные

Я ощущаю жар его тела, чувствую, как его твердый член касается моего лона, и меня бросает в дрожь от страха и возбуждения.

Андрей накрывает мой рот поцелуем. Прижимает к себе еще крепче, не давая ускользнуть от предстоящего соития, и в следующий миг я широко распахиваю глаза и судорожно впиваюсь пальцами в его плечи.

Он замирает внутри меня, давая привыкнуть к новому ощущению. Я начинаю паниковать, но Андрей лишь прижимает меня сильнее к своей груди.

С моих губ срывается вскрик. Я чувствую саднящую боль, слышу, как стучит его сердце, как сбивается его дыхание, и как он как он постепенно ускоряет ритм, врываясь все глубже, и заставляя извиваться под его натиском.

За несколько мгновений до разрядки он выскальзывает, и мы пачкаем простынь.

Меня потряхивает.

– Прости, принцесса. Это инстинкт, его невозможно контролировать… – притягивая меня к себе, шепчет Афинский.

Я ничего не отвечаю – слишком много ощущений захватывают мое тело и душу, и просто нет сил говорить.

Его руки скользят по моей спине и смыкаются внизу живота. Он с наслаждением вдыхает запах моих волос и нежно целует в ложбинку у основания шеи.

Саднящее ощущение между ног постепенно стихает, и я с удовольствием устраиваюсь в его объятиях под мягким одеялом. Его пальцы скользят по моей обнаженной груди, гладят низ живота, и я чувствую, как по телу растекается блаженство.

– Ты моя… – хрипло шепчет мне в шею он. – Только моя…

Я улыбаюсь и сжимаю его ладони своими пальцами. Он – мой океан. Моя вселенная, в которой я растворяюсь без остатка.

Глаза закрываются сами собой, и мы засыпаем в объятиях друг друга.

Глава 18

Когда я снова открываю глаза, за окном уже самый разгар утра. Афинского рядом нет, но я слышу, как шумит вода в ванной. Сердце радостно подпрыгивает.

Спустя пару минут Андрей заглядывает в спальню в одном набедренном полотенце.

– Доброе утро, – улыбаюсь я.

– Доброе.

Несколько мгновений он смотрит на меня с пронзительной нежностью, а потом садится рядом.

– Как ты себя чувствуешь?

– Смотря, что ты имеешь в виду, – отвечаю я и чувствую, как щеки заливает румянец.

– Все, – лукаво улыбается он и в глазах мерцают так полюбившиеся мне золотинки.

– Колени жутко саднят, а в остальном – счастье есть, – смущенно сообщаю я.

– Да, уж, неприятное повреждение, – морщась, посматривает на мои колени он.

– А еще, кажется, я испачкала простынь.

Некоторое время мы вдвоем таращимся на доказательство того, что так нужная Феликсу моя невинность уже в прошлом.

– Сейчас отправим простынь в стиральную машинку, – спохватывается Афинский.

Я тянусь за халатом и осторожно опускаю ноги на пол.

– Скоро Демид завезет твои вещи. Он уже звонил.

– Было бы очень хорошо.

Андрей помогает мне подняться.

– После ванной приходи на кухню.