Неприкаянные

Мысли о Феликсе на некоторое время отступают на задний план.

Когда я подъезжаю к небольшой парковке у набережной, Афинский уже ждет меня. Он стоит, засунув руки в карманы брюк, и любуется полетом чаек над подернутой золотом морской гладью.

Я запираю машину, вешаю на плечо сумку, подхватываю купленный в кондитерской чизкейк – любимый десерт Юрия Сергеевича, и спешу к нему.

– Таисия! – осуждающе посматривает на десерт в моих руках он. – Когда я приглашал вас на ужин к родителям, я не имел в виду, что надо что-то покупать!

– Я знаю. Но это любимый десерт вашего отца. Поверьте, ему будет приятно, что я об этом помню.

– Вы бы могли сказать мне, что надо купить десерт, – продолжает бурчать Афинский.

– Мне хотелось порадовать вашего отца. За те девять месяцев, что мы работали вместе, я успела к нему привязаться, – поясняю я.

– Ладно… только прежде чем мы пойдем ко мне домой, обещайте кое-что.

– Что? – виновато посматриваю из-под ресниц на него я.

– Впредь оповещать меня о том, что вы собираетесь приобретать за свой счет.

– Хорошо…

Я согласно киваю. На миг наши взгляды пересекаются. В глазах Афинского нет холодности и осуждения. Скорее, в них сквозит разочарование от того, что он сам не догадался приобрести угощение для отца.

– Давайте чизкейк сюда, – протягивает руку он. – Раз уж я не догадался что-нибудь купить, то хоть помогу вам его донести.

– Держите, – с удовольствием расстаюсь с неудобной пластиковой коробкой я.

Мы идем вдоль набережной по выложенной плиткой дорожке.

– А вы живете далеко от родителей? – желая разрушить воцарившееся между нами молчание, спрашиваю я.

– Нет. Надо просто перейти через набережную и свернуть в переулок.

– Это новый дом по проспекту, который построили первым?

– Да. Тогда считалось, что приобретаешь элитную квартиру, – усмехается он. – А потом новостройки стали расти, как грибы после дождя.

– Мы продавали две квартиры из вашего дома. Очень удобная планировка.

– Да. А с пятнадцатого этажа видно бескрайнюю полосу моря.

– Наверное, это романтично – проснуться утром в воскресенье, сварить чашечку кофе и любоваться бескрайним морем?

– Если нечем больше заняться, то, наверное, – соглашается Афинский. – Кстати, если вам интересен адрес, то я живу по втором подъезде, квартира семьсот пять.

– Думаете, я стану вас преследовать?

– Нет, это на случай, если вам любопытно. Как с моим семейным положением, – смеется он. – Так, здесь нам придется свернуть.

Я не успеваю снова залиться краской от досады, как мы притормаживаем перед узкой тропинкой, ведущей в частный сектор. Всего один квартал – и Андрей останавливается перед уютным двухэтажным домом с мансардой и ухоженным садом.

– Мы пришли. Держите свой десерт, – протягивает мне пластиковую коробку он.