4
0
– Следующей игрой? – Ройс снова смеется, но на его лице нет и тени юмора. – Сука, ты и вправду думаешь, что ты или твои тысячедолларовые «Фенди»[3] когда-нибудь появятся на площадке рядом с нами?
Коллинз слегка запрокидывает голову.
– Ты никогда не будешь играть за «Волков», – говорит Ройс. – И мне плевать, кто и что там говорит. Хоть тренер, хоть мой добрый старый папаша, хоть мои братья. Никогда этого не будет. Ты, дешевый понтокрут, сыграл свою последнюю игру с мячом, когда решил заявиться к нам домой. – Ройс отступает на шаг. – Тебе, блин, чертовски повезло, что нам приходится подыгрывать тебе, Грейвен, а иначе мы бы перерезали тебе лодыжки в ту же секунду, как твои ноги ступили на крыльцо старшей школы Брейшо.
Коллинз смотрит на Ройса, играя желваками, а потом расправляет плечи и встречается взглядом со мной.
Мои брови опускаются ниже по мере того, как я оцениваю его реакцию.
Я знаю, что собирается сделать этот ублюдок.
Ну же, толкни меня, мудак. Или тебе слабо, мать твою…
– Испытай меня, Брейшо, – уголок его губ приподнимается, и он делает полшага вперед. – Испытай меня сегодня, и я освобожу ее на одну ночь.
В то же мгновение я окызываюсь лицом к лицу с ним, нос к чертову носу, лоб ко лбу.
– Парни… – кричит тренер, но, так как продолжения не следует, я понимаю, что Кэп или Ройс заставил его заткнуться одним взглядом.
– Не будь осторожничающим ублюдком, Грейвен. Хочешь стоять здесь, весь такой храбрый, и не следить за языком, хотя я мог бы уложить тебя в ту же секунду, так будь храбрым, мудак, – я перехожу на шепот, чтобы только он мог меня слышать, и лбом толкаю его назад. – Мы с тобой оба знаем, что я вынужден позволить тебе стоять тут пока что.
Он злобно смотрит на меня, но пот, выступающий у него на лбу, говорит мне, что он вот-вот обмочит свои хлопковые монклеровские треники.
– Подкинь мне, Брейшо, – он облизывает губы и слегка отстраняется, но я напираю на него, не позволяя ему увеличить расстояние между нами.
У меня начинает подергиваться рука. Я знаю, сейчас он бросит мне в лицо, что она принадлежит ему.
– Подкинь мне, и я позволю ей сегодня ночью спать на отдельной кровати, а не в моей постели…
Мой кулак взлетает, встречает его челюсть, и он падает на гравий.
Я уже готов навалиться на него, но Кэптен и Ройс оттаскивают меня к противоположной стороне площадке.
– Проклятье, – выплевывает тренер, подкидывая свой планшет. – Так, ладно, эта половина, оставайтесь на своей стороне. – Он бросает на меня гневный взгляд. – А вы, парни, оставайтесь на этой чертовой стороне. Челночный бег, пятьдесят забегов. Начали!
Я высвобождаюсь из хватки Кэптена, и они с Ройсом закидывают руки мне на плечи, тихонько посмеиваясь.
Мне не удается сдержаться, и я тоже расплываюсь в улыбке.
К черту этого идиота.
