Недостойная

Было немного грустно, но грусть эта была светлой, звенящей — лёгкое сожаление от того, что отношения между нами невозможны.

Ведь он мне действительно нравился. И если бы я не полюбила когда-то Арманиуса, то непременно выбрала бы Арчибальда. Но… так сложилось.

Многие вещи, оказывается, решаются нами еще в далёком прошлом…

Как только я пришла на работу, меня сразу вызвал к себе Валлиус. Я уже разговаривала с ним вчера по браслету связи, но совсем кратко, и теперь наставник хотел узнать подробности наших с Байроном успехов.

Я говорила минут пять, и когда закончила, услышала гордое и радостное:

— Молодец, Энни.

Это действительно замечательное открытие, достойное не магистра, а как минимум архимага.

— Мне вряд ли дадут то или другое.

— А это мы еще посмотрим, — возразил Валлиус. — Сама знаешь, резерв нигде не прописан. Вон Берту вернули звание, а он сейчас ненамного лучше тебя по магоктавам.

Сердце кольнуло болью и стыдом.

Я всё ещё не могла поверить в то, что сказала шаманка. В то, что я не смогу помочь Арманиусу. И что я смирюсь! Как я могу смириться? Это же… предательство какое-то…

— Да, кстати… — Я вспомнила, что не рассказала наставнику про визит к Ив Ише, и вкратце обрисовала ситуацию, умолчав только про то, что касалось императора.

 — Так что пока нет результатов…

— Понятно, — Валлиус кивнул и вдруг сказал: — Эн, я хотел тебя предупредить. Мы, главврачи, обязаны назначать преемников минимум за десять лет до своего ухода, утверждая кандидатуру у императора… и я собираюсь подать прошение на тебя.

Я пришла в ужас.

— Нет! Брайон, не надо. Я… мне, конечно, очень приятно, но… Разве у нас мало талантливых врачей? Вот Макс Мортимер, например…

— Макс загубит всю административную работу, ты что, — возразил наставник.

 — Его же только операции интересуют, а «эти бумажки — прах и пепел», как он говорит.

— Но…

— Эн, послушай, — перебил меня Валлиус, — я подам прошение, но на покой я пока не собираюсь. У тебя будет время, чтобы во всём разобраться, много времени. Если ты через пару лет поймёшь, что это всё не до тебя — откажешься. А сейчас… в конце концов, прибавка к зарплате к должности зама главврача — тридцать процентов.

И льготы всякие. На покупку квартиры, например…

Я вздохнула и надулась, глядя в смеющиеся голубые глаза за стёклами очков.

— Вы шантажист.

— Я реалист, Энни. Ну что, согласна?

Как будто я могу отказаться… Этот человек дал мне всё, что мог, научил меня всему, и если бы я не встретила его тогда, на вступительном экзамене, то потерпела бы сокрушительное поражение.

Не только любовь к Арманиусу была моей движущей силой.

— Да, я согласна.