Недостойная

О Защитница…

— Ваше высочество…

— Эн, — принц наклонился ещё ниже, и голос его уже был хриплым. Да и смотрел он не в глаза, а на губы. — Энни… Я клянусь, что ни к чему не буду тебя принуждать и…

— А вино? — возразила я. — Вы ведь меня обманули!

— Оно совершенно безобидно, и я пил его вместе с тобой. Ты ведь не стала бы пить, если бы я сказал, правда?

— Конечно.

— Вот видишь. Но я обещаю — такого больше не повторится. Клянусь, Энни.

Я не успела ничего сказать — Арчибальд, вздохнув, сократил последние оставшиеся между нашими губами сантиметры и поцеловал меня.

Я не знала, что делать.

Мне было одновременно и страшно, и волнительно, и странно, и приятно… Конечно, когда Арманиус поцеловал мне руку, было еще приятнее, но… Эн, почему ты думаешь о ректоре сейчас?..

И я, отгоняя от себя мысли о другом мужчине, ответила Арчибальду, осторожно обняв его свободной рукой. Сразу после этого поцелуй изменился, став глубже и горячее, и дыхание принца потяжелело, и ладонь его, лежавшая на моей талии, уже не лежала, а двигалась…

— Моя Энни, моя… — шептал он, и возражать я была не в силах. — Прости, я не удержался.

Ты останешься сегодня со мной?

— На ночь — нет, — ответила я испуганно, и Арчибальд засмеялся.

— Не на ночь. На спектакль. Останешься?

Наверное, это безумие. Но Защитница…

«Я собираюсь быть счастлив, вот и всё».

Мне тоже очень хотелось быть счастливой. И любимой.

— Да, останусь, ваше вы…

— Арчибальд. Хватит, Энни. Я человек, а не титул.

— Я знаю. Я просто боюсь…

— Не бойся, — он поднял руку и погладил меня по щеке. — Это хороший спектакль, я обещаю, он тебе понравится.

Я не выдержала и рассмеялась.

— Ладно. Но вино я с вами пить не буду!

— Договорились, — его высочество кивнул, усаживая меня в кресло.

 — Сегодня будем пить морс.

— Обычный? Или тоже лунный?

— Обычный. Но очень вкусный, Энни.

После спектакля Арчибальд довёз меня до общежития и, поцеловав на прощание руку, спросил, пойду ли я с ним завтра в Императорскую оранжерею."

"Ну как я могла отказаться? Императорская оранжерея — это же почти «Иллюзион». Но если для посещения «Иллюзиона» просто нужны были деньги, то попасть в оранжерею могли только аристократы, получившие разрешение лично у императора. Это ведь был не сад, а нечто вроде лаборатории.

А в комнате меня ждала записка — золотой конверт в букете белых лилий.

«До завтра, моя Энни».

Цветы успели раскрыться — значит, стояли в вазе уже давно. Видимо, Арчибальд написал это задолго до моего согласия на прогулку.

Я улыбнулась и покачала головой. Да уж, завоевание идёт полным ходом…

* * *Вечером Берт всё-таки связался с Велмаром, чтобы узнать про Церемонию. В конце концов, университет не мог долго обходиться без ректора, и чем скорее её проведут, тем лучше.