Недостойная

Давай попробуем? Ничего страшного не случится, я обещаю.

— Я понимаю. Просто не расстраивайся, если не получится.

— Постараюсь.

За воротами, которые распахнулись, как только Эн подошла ближе, оказался тот же туман. Она неуверенно огляделась — он был со всех сторон, — и, нервно вздохнув, пошла дальше.

Странно, но туман, казалось, тоже нервничает. Он лизал руки и лицо Эн, прикасался ко лбу, словно пытался что-то понять.

Она тоже пыталась понять. В чём состоит аттракцион?

Наконец туман отступил, чуть рассеялся… и оттуда навстречу Эн шагнул Арманиус.

— Берт?..

— Заблудилась? Давай руку, Энни, — сказал он, улыбнувшись, и сам взял её ладонь.

Она ничего не понимала. Откуда здесь взялся Берт? Он ведь должен быть в госпитале.

— Что ты…

— Мы пройдём этот путь вместе, — продолжил он, глядя на Эн тепло и ласково, — не бойся.

От его взгляда все тревожные мысли в голове растворились, словно впитались в туман. И стало так хорошо и спокойно… С тех пор, как Эн поняла, что потеряла память, ей еще не было настолько хорошо.

А через секунду рассеялся и туман. Теперь вокруг них был лес, над головой — яркое, но нежное солнце, а под ногами — тропинка.

— Я не боюсь, — прошептала Эн, глядя Берту в глаза и ощущая, как колотится сердце. — Пока ты со мной, я не боюсь.

— Я всегда буду с тобой, — сказал он негромко, поднял руку и погладил её по щеке. — Всегда. Обещаю.

Эн широко улыбнулась и прижалась щекой к его ладони.

* * *Когда Арманиус вернулся домой после процедур, Эн еще не было, и он старался не думать об этом. Арчибальд говорил накануне им с Ареном и Дайдом, что если у императора не получится помочь с возвращением памяти, он хочет попробовать свозить её в «Иллюзион», и просил особого разрешения сделать это.

Ведь Эн уже была в этом году в «Иллюзионе», а ходить туда можно только раз в год. Арен своё разрешение дал, правда, сказал, что если у него не получится, то у «Иллюзиона» тем более, но попробовать можно.

Берт совершенно не верил в успех этого предприятия. «Иллюзион», конечно, место уникальное, но память Эн заперта слишком надёжно, и открыть сокровенные желания девушки не сможет. Да, это одна из сильнейших родовых магий, однако «Иллюзион» всего лишь создаёт иллюзию исполнения желаний, а не исполняет их в реальности.

И даже если Эн хочет вернуть себе память — вернуть её по-настоящему артефакт-аттракцион не сможет. Возможно, у Эн появится ощущение, что она всё помнит, но это пройдёт, как только она выйдет оттуда.

В любом случае, часть магии «Иллюзиона» — это отсутствие душевных мук от невозможности исполнения желаний, именно поэтому Берт не стал противиться идее Арчибальда. Риска всё равно никакого. Да и вдруг случится чудо?

Арманиус усмехнулся. В чудеса он не слишком верил. Особенно в подобные иллюзорные чудеса.