13
0
Практикант опасливо покосился на здание роддома:
— Надеюсь, никто не заметил, что я к вам в машину сел?
— А что такое?
— Ну вы же сами просили приглядывать за работниками роддома и подмечать странности. Я теперь против них, как это сказать, копаю. Вот… — студент достал из недр мятого халата потрепанный блокнотик. — Вчера в 14.35 наша санитарка Курочкина вынесла из учреждения сумку. Подозрительную такую, пухлую, но легкую. Я спросил ее, что вы, тетя Маша, там несете? А она меня по носу щелкнула и сказала, что не мое, дескать, это дело. Но я-то глазастый. Видел, как упаковки ваты белеют из расстёгнутой молнии. Вату и бинты она с работы таскает. А еще, в пятницу в 15.45…
— Погоди, Гена, — прервал я рвение шпиона. — Нам вата по барабану.
— Но они еще и спирт тырят! — не сдавался Берг. — Этиловый.
— Это ты потом все подробно напишешь на досуге на листочке отдельном, а я куда следует передам.
— А как писать? — напрягся Берг. — Можно анонимно? Я же не могу свою подпись поставить, пусть даже для ОБХСС. Ведь меня тут потом сожрут. А практику кровь из носу пройти надо…
— Анонимно пиши, конечно. Я оформлю как оперативную информацию, полученную от агента.
— Здорово, — расплылся в улыбке студент. — А удостоверение мне дадут? Внештатника.
— Я же тебе говорил, Гена. Ты негласный сотрудник, это даже гораздо важнее, чем внештатник. — В голос я нагнал серьёзного пафоса. — Ты мои глаза и уши в преступном логове. Сейчас вот что. Скажи мне лучше, братец. Тебе знакомы эти девушки?
Я показал ему фотографии убитых.
— Красивые, — улыбнулся Берг. — А что они натворили?
Наверное, подумал, что такими симпатичными могут быть только какие-нибудь мошенницы.
— Ничего, — я постарался не усмехаться. — У них шрамы от кесарева сечения, потому вопрос этот именно к тебе. В вашем роддоме их оперировали?
— Совсем не обязательно это кесарево. При операции на матке или ее удалении остается похожий шрам. А почему вы их самих не спросите? Я вот только одну припоминаю. Вроде лежала у нас. Вот эта, которая на Ротару похожа, — студент почесал вихры, он мне все больше напоминал Иванушку-дурачка, хотя для героя сказки был слишком худой.
— Потому что их больше нет в живых, — вмешался Погодин, лопнуло терпение у человека."
"— Как — нет? Так это их убили? — вздрогнул студент. — Весь город об этом гудит. Говорят, у нас завелся потрошитель. Ну помните, как в Англии был?
— Тот проституток убивал, — кивнул я, — а этот — обычных женщин. Слушай второе боевое задание, Геннадий. Вот тебе список их имен и фамилий. Узнай по вашим журналам, лежали они в Зеленоярском роддоме или нет. Если лежали, то кто их оперировал и что случилось с их новорожденными детьми. Справишься?
— Попробую, — озадаченно пригладил жиденькие усики Гена. — Это надо тетю Зину примаслить.
